Чужой жених

Бал продолжался уже почти два часа, и за это время всем более или менее наблюдательным леди открылась непреложная истина — невероятно обаятельный насмешник мистер Уилтон предпочитает общество дочери лорда Глоссберри всякому другому. После нескольких танцев с самыми прелестными леди Уилтон, очевидно, счел себя свободным проводить время так, как ему угодно, и увлек Оливию Глоссберри на террасу, где они оживленно обсуждали что-то на глазах у любопытной публики.

«Как он мог пренебречь Розамундой и еще десятком красивых девушек! — с возмущением думала Филлис.

 — Конечно, она дочь лорда, но эти две сплетницы правы — лорд Глоссберри не выдаст Оливию замуж за человека, зависящего от доброты своих дяди и тетки!»

Ее злость на Уилтона, кажется, достигла в этот вечер небывалых высот, хотя именно сегодня он не делал попыток испортить ей настроение и даже словно бы вовсе ее не замечал."

"«О чем я думаю! — спохватилась Филлис, стоило ей заметить в толпе обеспокоенное лицо сэра Джона, явно разыскивающего ее.

 — Ведь совсем скоро объявят о двойной помолвке! Имоджин и Баррит, наверное, не дождутся этой минуты, а мне придется собрать все свои силы, чтобы стоять с улыбкой посреди зала и принимать поздравления всех этих людей! Только бы не смотреть в это время на Уилтона, его самодовольную усмешку я просто не вынесу!»

Розамунда сказала подруге сегодня утром, что сэр Джон проявил некоторую заинтересованность в беседе с ней, но Филлис уже не верила в предприимчивость компаньонки. Мисс Тиллард ведь не удалось покорить Уилтона и заставить его страдать, как хотела бы Филлис.

«Почему я хочу видеть его несчастным? — думала она, прячась от сэра Джона за необъятной фигурой чьей-то тетушки или бабушки. — Он столько раз говорил мне жестокие и оскорбительные вещи, и я не успокоюсь, пока не отомщу ему за каждое слово, ранившее меня! Ох, сюда идет моя мать! Значит, скоро мне придется услышать, как меня называют невестой сэра Ризинга!»

Филлис осталась стоять на месте, пытаться убежать от матери было глупо и бессмысленно.

Жаль, что она не укрылась в лабиринте, где по совету Флоры Уилтон все-таки были поставлены столы с напитками, пирожными и вазами, наполненными фруктами. Юные леди и джентльмены с удовольствием предавались флирту в уютном полумраке лабиринта, подсвеченном китайскими фонариками, и почтенным матронам оставалось только ворчать и посылать младших сестер или братьев на поиски исчезнувшей с поклонником дочери или племянницы.