Чужой спор 2 (СИ)

Обморожение вообще не способствует проявлению лишних чувств. И да. Я собираюсь прилетать в это дурацкое человеческое королевство, в эту дурацкую столицу и тайно наблюдать за тобой. И да, ты меня видеть не будешь, а я тебя вполне. Буду ли я вмешиваться в твою жизнь? Разумеется, да. Такая правда тебя устроит, Анабель?!

На меня смотрели практически зло.

Я же стояла и ощущала, как с каждым словом мои глаза становятся все больше и больше.

— А почему тебе на меня смотреть можно, а мне нет? — потрясенно спросила.

— Буду мучиться в одиночестве! — рявкнул ледяной. И как-то совсем не вязалось это с его нежными объятиями меня за талию. — Буду смотреть. Мучиться. Страдать. А потом полечу сокращать численность ледяных страшилищ в Ледяной пустыни!

Пауза.

И я осторожно уточнила:

— Это вроде как у меня совесть должно пробудить?

— Вообще-то да, — не стал скрывать коварный дракон.

На террасе повисла тишина.

— Ана, я тебя люблю.

Молчу.

— Анют… я же последней сволочью буду, если уступлю своему желанию и сделаю тебе предложение, — сдавленно едва ли не прошипел ледяной.

Продолжаю молчать.

— Ты же когда все узнаешь, сама захочешь сбежать.

Сбегать пока как-то не хотелось. Но…

— Ана, хватит молчать!

Улыбнулась:

— Я люблю тебя, ледяной дракон.

Ириар замер. Дышит глубоко. Смотрит не моргая.

— Найду способ. Весь драконий остров переверну, но ты переживешь обряд! — прорычал с непоколебимой уверенностью и поцеловал.

Через некоторое время меня всю зацелованную усадили обратно на стул.

— Сейчас вернусь. И…ты уже один раз отвергла мое сердце. Надеюсь, во второй раз ты скажешь «да», — весело подмигнул.

— Когда это я тебя успела отвергнуть? — ошарашенно смотрю в спину удаляющегося дракона.

— М, — тот остановился, сделав вид, что задумался. — В карете. Помнишь такое невинное колечко, на котором много всего интересного?

И вышел.

— Вот же дракон, — пробормотала я.

Мне и радостно было, я и злилась, и…

Ух!

Схватила нетронутую чашку Ириара и залпом выпила, старательно не обращая внимание на горящие щеки.

Чашка коснулась блюдца и… А потом вдруг стало темно.

И фиолетовая темнота становилась только гуще, затягивая в неизвестный портал и унося меня куда-то далеко… Очень далеко от моего дракона.

Только на миг левая рука вспыхнула болью и послышалось отчаянное рычание и скулеж пушистика. Но…

Скорее всего показалось.

Темнота манила, звала…

Глава 40

Ощущение сладкой радости и невероятной подставы смешались и ударили под дых.