Чужие степи — часть вторая

Так началось моё очередное утро в этом мире.

Полежав ещё немного, я привёл мысли в порядок, и преодолевая вновь нахлынувшую лень, поднялся.

— О, проснулся наконец. — улыбнулась хлопотавшая возле буржуйки Ольга. Она что-то варила сразу в трёх котелках, и пахло это что-то очень неплохо. Выполняющий роль кухни небольшой аккуратный столик — трофей из соседнего подъезда, стоял в левом от окна углу, почти полностью заставленный привезёнными с собой припасами.

— Вроде того... — я окончательно поднялся, и нашарив валяющуюся неподалёку шапку, напялил на голову.

Хорошо когда просыпаешься дома; баня всегда теплая, вода во флягах стоит. Пошёл с утра, ополоснулся, умылся, и с хорошим настроением возвращаешься к завтраку. Я не знаю кто был тем первым из людей что придумал баню, но по-хорошему, ему памятник ставить надо. И не один.

Нам кстати тоже нужно что-то придумать. Понятно что не баню в прямом смысле, но какое-то помывочное помещение необходимо. Будь мы чисто мужской компанией, оно может и не страшно, а вот женщины и дети долго так не выдержат.

Ну а пока бани нет, самый лучший способ побороть остатки сна, и хоть как-то привести себя в порядок — умыться снегом. Которого, после вчерашней метели, более чем достаточно.

В предвкушении азартного купания в снегу, я вышел на площадку, спустился на этаж ниже, — тут не было окна и возле стены намело приличных размеров сугробик. Но при одном только взгляде на блестящую снежную массу, моя решимость как-то завяла, но я, не давая ей увянуть окончательно, отчаянно опустил руки в сугроб.

Это только поначалу страшно, а потом, когда натрёшься хорошенько — так что всё горит, даже весело.

В общем умывание прошло на пять с плюсом, и возвращался я в квартиру уже другим человеком.

— Я чайник вскипятила. — с порога обрадовала Ольга. — Налить?

— Конечно! — обрадовался я, вспоминая куда дел свою кружку.

Не знаю почему, но со вчерашнего вечера жёны моих товарищей как-то странно ведут себя. Радуясь любой мелочи, они постоянно улыбаются, шутят, и вообще производят очень необычное впечатление.

Казалось бы; всё плохо, ютимся на пяти квадратных метрах, перспектив никаких, — а они хихикают, и загадочно улыбаются. Серьёзна в их коллективе только Аня, но ей по штату положено, — она людей лечит. Времени, — ходить и улыбаться, у неё практически нет."

"А эти только и делают что жизни радуются, причём демонстративно так. Даже вот сейчас, с моей кружкой — её нигде не было, и я помянул нехорошим словом Леонида, — он давно покушался.