Чужие степи — часть третья

Леонид тоже был здесь, прячась за людьми, он, присев на корточки, усиленно делал вид что завязывает шнурки, хотя на его унтах шнурков отродясь не бывало.

Пользуясь тем что Бычара меня не видит, я отошёл в сторону и спрятался за перегородкой.

Ждать пришлось недолго. Через пару минут они разошлись, а к Бычаре, не давая ему заскучать, с двух сторон синхронно выдвинулись мужики, и ловко подхватив под руки, затолкали в подсобку.

Я поспешил следом.

— Да кто вы такие? Что вам надо? — бестолково щурясь, бывший мент пытался разглядеть своих пленителей.

Я не вмешивался.

— У тебя будет всего один шанс, бычара... — выйдя на свет, Леонид поправил шапку, подцепил ногой старый табурет, поставил на него ногу, и облокотился на колено.

— Ты кого бычарой назвал! — рванулся тот с такой силой, что столб к которому его привязали, едва устоял — Да я тебя!

— Успокойся. Ничего ты мне не сделаешь. Ты вообще отсюда не выйдешь. Ты здесь сдохнешь, и мы тебя закопаем.

Не повышая голоса, продолжил Леонид. Бычара конечно крепился и пыжился, но он прекрасно знал кто выбивал показания из тех немногих пленных что остались в живых после осеннего нападения. И так же знал о том что с ними стало.

— Чего ты хочешь? — уже гораздо спокойнее спросил он.

— Ответов. Простых ответов на простые вопросы. Отвечаешь, — живешь, не отвечаешь, — не живешь. Пытать особо не буду, так может, уши только отрежу... Но ты человек не глупый, должен понимать что к чему, подумай, а я пока покурю.

Бычара мотнул головой, но промолчал. Стоя возле двери, лица его я не видел, однако чувствовал как он напрягся.

А курил Леонид долго. Обстоятельно, с удовольствием. И докурив аж до фильтра, затоптал окурок, и медленно, нарочно демонстративно, достал из голенища длинный нож.

— Спрашивай. — Не дожидаясь пока ему будут резать уши, сник Бычара.

Леонид присел на табурет, положил ногу на ногу, и достал ещё одну сигарету, видимо в честь такого дела решив не экономить.

— Где девушка? — задал он первый вопрос.

Бычара заколебался на мгновение, но всё же ответил.

— На десятой, в тринадцатом доме.

Леонид прищурился, явно вспоминая что же это за дом, и кивнув сам себе, продолжил.

— А Козлевич?

— Там же, в погребе закопали. — даже глазом не могрнув, выпалил бычара.

— За что ж вы его так? Не жалко было?

Бычара хмыкнул.

— Если б не он, не висел бы я сейчас тут, так что поделом...

— Понятно.