Чужие степи — часть третья

В принципе, оно конечно не проблема, — заскочить в дом дело секундное, но сначала хотелось выяснить кто же бродит по моему огороду.

Почти доскрипев до угла сарая, скрип прекратился, этот кто-то явно затаился, и не хотел выходить.

Не знаю сколько я так стоял, буквально физически ощущая как выжидает тот ""кто-то"", за стеной сарая, пока не появилось знакомое покалывание в затылке.

— Не может быть... — тихонько, себе под нос, произнёс я. — Неужели?

Радоваться появлению твареныша, или огорчаться, я не знал. Но в том, что это именно он скрипит за сараем, можно было не сомневаться, спутать это ощущение невозможно ни с чем.

Тем более и раздумывать долго не пришлось, он, будто прочитав мои мысли, осторожно высунулся из-за угла. Не весь, только кусок морды показался.

Я же, в свою очередь показывая что заметил его, отлип от стены, встряхнулся, и поправив съехавшую набок шапку, сделал шаг навстречу.

Заметно подросший, теперь уже размером с хорошую лошадь, он медленно вышел, и по-собачьи встряхнувшись, сел на задние лапы.

Я подошёл ближе, и тоже остановился. Ростом, в положении сидя, он почти доходил мне до макушки, поэтому смотреть на него можно было не опуская взгляда.

И если абстрагироваться от всего внешнего, оставив только глаза, можно подумать что передо мной не годовалый детеныш, а очень мудрое и старое существо. Не человек, не тварь, и не животное. А именно существо. Умное, опасное, и всё понимающее.

Но наверное это обманчиво, даже не наверное, а наверняка. Ведь твареныш как минимум не старый, ему и года ещё нет, а значит и мудрым не может быть по определению.

Хотя чисто внешне так и не скажешь: бугристый от обилия мышц, с красновато-коричневой, щетинистой шкурой, мощными когтями и торчащими из пасти острыми зубами, он никак не тянул на годовалого малыша. Да и само слово малыш пугалось столь вызывающей внешности.

Минуту, может немногим больше, он не двигался, но не вытерпел, и поднявшись на все четыре конечности, медленно обошел меня, направляясь к своему прежнему обиталищу.

А я продолжал стоять. Оно вроде и понятно что твареныш не раз доказал свою преданность, но сейчас, когда он опять был рядом, я снова засомневался.

И только когда Аня, выйдя на крыльцо, бросилась его обнимать, меня отпустило.

Глава 25

Холода твареныш не боялся, и улегшись перед своей бывшей клеткой — внутрь он естественно не поместился, быстро уснул.

— Не удивительно, устал очень. — объяснила Аня, восторженно глядя на «зверушку».