Чужак из ниоткуда-3

Чёрная комитетская «волга», ожидающая в аэропорту, отвезла нас прямиком в Пулковскую обсерваторию. Благо, там и ехать-то оказалось всего ничего, — из аэропорта машина выехала на Пулковское шоссе, свернула направо и уже через несколько минут въехала на территорию обсерватории. Остановилась у главного корпуса. Мы вышли.

— Ребята, может быть вы меня в машине подождёте? — спросил я. — Храм науки всё-таки, что здесь может со мной случится?

— Извините, Сергей Петрович, — произнёс Борис. Голос у него был неожиданно высокий, скрипучий.

— Я буду ждать, — сказал водитель. — Вот там, на стоянке. У меня тоже приказ.

Подъехала ещё одна машина — белый Москвич 403 с бирюзовой полосой на боку. Остановился рядом с нами. Из машины вышли двое мужчин. Один явно постарше, за сорок. Широкоплечий, с проседью в усах и чёрных волосах, зачёсанных назад. Очки в толстой пластмассовой оправе, спортивная куртка. Второй ниже ростом, не такой плотный, в похожих очках и куртке, но без усов, волосы зачёсаны вперёд, уши оттопырены.

На первый взгляд, они были не очень похожи, но я заметил, что носы у них практически одинаковые. Братья?

И ещё.

Вроде бы я где-то их уже видел, но вот где — припомнить сразу не мог. Ускользало воспоминание.

Мужчины, окинув нас внимательным заинтересованным взглядом, направились к ступеням главного корпуса.

Мы не то чтобы мешали, но стояли довольно близко. Моя охрана синхронно шагнула вперёд, прикрывая меня от них.

Мужчины остановились.

— В чём дело, товарищи? — спросил, нахмурясь, тот, что постарше.

— Ни в чём, — проскрипел Борис. — Проходите, товарищи, не задерживайтесь.

— Что значит — проходите? — усатый явно начал заводиться. — Что за указания? Вы кто такие?

— Я сказал — проходите, — голос охранника стал жёстче и приобрёл металлические нотки.

— Борис, спокойно, — сказал я. — Не цепляйся к людям.

— Я абсолютно спокоен, — сказал тот, что помладше, с оттопыренными ушами. — И кто тут к кому цепляется надо ещё разобраться.

Тут до меня дошло.

— Борис? — переспросил я.

Мой охранник обернулся.

— Не ты, — сказал я, глядя на младшего. — Вы — Борис Натанович?

— Он самый, — сказал тот удивлённо.

— А вы, — я перевёл взгляд на старшего, — Аркадий Натанович? Вы — братья Стругацкие?

— Боря, — голос старшего повеселел.