Чужая женщина

И поверь, не касается, если мое разноцветное нижнее белье не мешает мне работать самой и обеспечивать работой ещё многих людей. Знаешь, сын, позволь дать тебе совет: если вам обоим от этого действительно хорошо, так молчите об этом. Счастье любит тишину. Эта прописная истина для всех. И для традиционных отношений, и не совсем традиционных. Почему то, что касается только вас, должно касаться кого-то ещё? И главное, почему вас двоих волнует мнение окружающих? Если вас это волнует, значит это не те отношения, за которые надо держаться.

Сын сидел и молчал, его самая лучшая на свете мама подтвердила это звание ещё раз. Потом Макс вдруг тихо, не глядя на мать, сказал:

– Мам, я свой дом продал.

– Что? Как продал?

– Мы с друзьями уехать хотим.

– Ясно.

Макс поднял взгляд на мать. На лице у неё была маска усталости и безразличия. Её голос звучал безучастно. Так, словно она говорила не о нём, своем единственном сыне, а о ком-то постороннем. И он вдруг почувствовал стыд, вину и пустоту, что ли… Да, именно пустоту. Он вдруг понял, что, выплеснув свой протест в тайную, в первую очередь от отца, продажу своего дома, он каким-то образом умудрился оборвать все ниточки связи с матерью. Но это же не может быть только из-за того, что он продал какой-то дом? Ведь нет?

– Мам, я не хотел так… Я хочу сам, без вашей с отцом помощи…, – сказал и вдруг ясно понял, что противоречит сам себе.

– Когда уезжаешь?

– Через неделю, – еле выговорил, осознав вдруг, что бросает её тут одну.

– Ясно, – повторила опять мать.

В кабинете повисла неловкая пауза. Потом мать встала с кресла, прошла к своему столу, взяла телефон, нажала на вызов, видно, кому-то, с кем недавно говорила. В тишине кабинета послышались длинные гудки, абонент не брал трубку. Мать сбросила вызов и, устало выдохнув, произнесла:

– Полдня не могу дозвониться до адвоката. Придется вечером к нему в офис без записи ехать. Примет, как думаешь?

– Примет, куда он денется.