Чужая женщина

У Кира телефончик хорошего гинеколога взял, тот хвастался, что есть у него, и сам же её к нему и отвез. Юлиана и пропала тогда. Ни он, ни я её не видели больше. Я её год назад случайно в ресторане встретил, поужинал женщину. Ну, короче, так и узнал, на что она живёт. Хобби, млять, у неё такое! Один мужик в неделю стабильно. Ну и нехилый такой доход ей хобби её приносит. И ведь не бедная же баба! Ей от родителей приличное наследство досталось. На проценты, что ей капают в швейцарском банке, можно безбедно жить. Она сама хвасталась.

– Ты хочешь сказать, что Жорж мой брат по отцу? – выпал, наконец, из ступора Макс и, не дожидаясь ответа Антона, добавил:

– Капееец. Так, он, значит, знает! А я-то всё голову ломал, над его словами, что мол, главное знать, кто твой отец, и вовремя слить, кому надо. А хозяин в том баре, куда Жоржа без испытательного срока сразу взяли, я так понимаю, как раз Кирилл и есть, да?

– Да, – подтвердил Антон.

"– Так, значит, Кирилл тоже знает? Ну, про тебя… – парень, неожиданно замялся.

– Да. Он меня ещё там, в Таиланде, раскусил, – нехотя признался Антон. Увидев моё удивление на лице, про Таиланд-то я ничего не знаю, бросил жёстко:

– Это к делу не относится! А относится то, что недолго Кир из себя врача строил. Как только родители смирились, ему неинтересно стало. Он в бизнес к отцу подался. По сути, конкурент он наш с Русом. И мы точно знаем, кто будет строить тот гипермаркет, и кому очень жаль было с приличными деньгами расставаться.

– Погоди! Это под строительство которого осталось только ваш с Русом кусок земли выкупить? – не удержался я, перебив Антона.

– Да! – подтвердил Антон мою догадку, а я продолжил:

– А я-то всё голову ломал: почему тебя, уж извини, там не добили?

– Не смог, сука, друга, всё-таки, завалить! Видишь, как хорошо всё придумал, а добить не смог.

– Что? Так это не Жорж, что ли, в тебя стрелял?

– Да нет, стрелял Жорж. Я уже в бессознание проваливался, когда голос Кира услышал.

– Ага. И Кирилл, весь в белом и на черном ""Мазерати"", прискакал бы Ирину утешать, – хмыкнул я, – наплел бы ей, что влюблен, всегда и весь в её распоряжении. Ты в больничке, и не дурак, понимаешь, за что. А ещё он бы пригрозил тебе вынести на всеобщее обсуждение твои специфические вкусы в любовных утехах. Не сразу, конечно.