Чужая свадьба

Черт побери! Она, должно быть, решила украсить свадебные столы Бигглсуортов камнями. — Куда его отнести?

— Ну, — сказала она, — в этом-то и трудность. Хэм уже уехал обратно в Холлиз. Как вы понимаете, я думала поехать в Уитлок.

— Позвольте, я отвезу вас обратно.

— Вы, сэр Эллиот? — Она смерила его долгим внимательным взглядом, так на рынке осматривают рыбу, которую продают как свежую, но которая вызывает подозрение, что ее поймали несколько дней назад. Даже песик, усевшийся у ее ног, поднял голову и с сомнением посмотрел на него.

Летти нарочно старалась поставить его в неловкое положение. Следовало бы оскорбиться, но Эллиота это забавляло. Жизнь научила ее, что лучший выход из сложившейся ситуации — поставить в невыгодное положение другого.

— Ладно, — наконец согласилась она и взяла его под руку."

"— Нам лучше поторопиться, — сказал он, стараясь не обращать внимания на то, как она близко. — Если я не ошибаюсь, с моря надвигаются тучи. — И указал на запад.

Она посмотрела на горизонт.

— Тогда, конечно, поторопимся, насколько я понимаю, в погоде вы, как «простой деревенский житель», разбираетесь прекрасно.

Ах, как она была хороша! Ей бы не стоило дразнить его; он и так находил ее почти неотразимой.

— Вы очень добры, — ответил Эллиот. — Моя карета у телеграфа.

Она взглянула на собачку.

— Ну что ж, пойдем, — сказала она. — Тебя снова ждут вкусная еда и сладости.

Песик вскочил на ноги и помчался вниз по улице, словно точно знал, где Эллиот оставил свою коляску. Когда они подошли к ней, собака уже ждала их1.

Эллиот поставил саквояж на дно двухместной коляски, и Ягненочек тут же вскочил в нее. Эллиот повернулся к Летти:

— Прошу прощения, здесь нет козел. Надеюсь, вы не против того, что мы будем сидеть рядом?

— Конечно, нет. — Она повернулась, ожидая, что он подсадит ее. У нее была узкая спина с немодными прямыми плечами, но нельзя было назвать немодными ее тонкую талию или элегантную линию округлых бедер.

Она оглянулась:

— В чем дело, сэр Эллиот?

Ему нравилась ее уверенность в себе и то, что она явно наслаждалась своей женственностью.

— Ни в чем, леди Агата. — Он обхватил тонкую талию и приподнял ее. Нельзя сказать, что она была легкой'тсак перышко, но не была и тяжелой.