Чужая ноша

– Только карьера требует жертв, сама понимаешь… В чем-то находишь, в чем-то теряешь.

– А… потери будут серьезными?

– Для тебя это не будет столь болезненной жертвой, – Инга улыбнулась, но в ее улыбке мелькнула легкая печаль. Мелькнула – и пропала, будто ее и не было. – Концерты, записи, новые люди – все это закружит тебя вихрем. Печалиться тебе будет некогда!

Лёка обрадовано взвизгнула и бросилась Инге на шею.

– Я тебя так люблю! Так люблю!

Инга лишь улыбнулась и с нежностью убрала Лёкину длинную челку с ее лица.

Лариса с некоторой тревогой погрузилась в удобное кресло рядом с Вадимом и с неприязнью покосилась на ремень безопасности. Парень перехватил ее тревожный взгляд и засмеялся:

– Я не принуждаю тебя пристегиваться.

– Да уж, пожалуйста… – она тихо проворчала. О недавней аварии и заклинившем ремне Лариса вспоминала еще с содроганием. И вообще она бы предпочла как средство передвижения метро, а не машину, но не осмелилась сейчас сказать об этом Вадиму.

– Я не буду сильно гнать, не бойся, – он угадал ее страхи и завел двигатель.

Чтобы немного отвлечься от своих страхов, Лариса спросила у Вадима разрешения включить музыку и, получив согласие, нажала кнопку магнитолы.

…Мир изначально хороший,Связанный с будущим, прошлым.Мир предназначен для нас,Созданный нами здесь и сейчас.Свитый из сказок и песен.Изредка мрачен, изредка весел.Мир из улыбок и слезГлупая шутка всерьез…– Кто это поет? Что за группа? – Лариса, вслушиваясь в музыку и слова песни, снова повернулась к Вадиму.

– Это Инга диск забыла, да все никак не заберет. Певицу зовут Лёка. Псевдоним, конечно, в жизни ее зовут по-другому. Еще неизвестная. Диск этот, кажется, записан на ее личные средства и не растиражирован. Если не нравится, посмотри в бардачке другие диски.

– Нет, наоборот, очень нравится! – Лариса горячо заверила и сделала звук громче. – А откуда у вас с Ингой этот диск, раз он еще не тиражируется?

– Это у сестры моей спроси, – Вадим усмехнулся.

– Ладно, спрошу – Лариса ответила и замолчала, слушая песни.

– Если хочешь, заедем куда-нибудь поужинать, – Вадим, покосившись на притихшую девушку, предложил.

– Нет, хочу поскорей домой, – она сделала звук тише. – Я уже давно не была у себя. Вначале, после того, как Алена погибла, жила у родителей. А потом попала в больницу, где меня продержали целую неделю. Зачем столько? Я ведь практически не пострадала, травм серьезных не получила.