Чужая невеста (СИ)

– Лина Уитер, – произнесла Диана. – Мне она показалась очень сдержанной и милой. И глаза у неё голубые.

– Это, несомненно, аргумент в пользу будущей королевы, – усмехнулась Лисавета. – Пришли.

– Рада была познакомиться, – произнесла Диана и открыла дверь своей комнаты. – Увидимся за обедом.

– Пока, – одновременно махнули девушки и отправились в другую сторону.

– Леди Диана. Пора переодеться к приходу модистки. Вы третья в очереди, – произнесла Мадина.

Диана вздохнула, бросив тоскливый взгляд на секретер. Письмо Маркусу придётся отложить…

Придворная модистка напоминала экстравагантный, дымящий вихрь.

– Мадам Лилит. Не могли бы вы перестать курить?

Модистка лениво приподняла тонкую бровь и усмехнулась. Вытащила папиросу из мундштука и бросила на пол, затушив овальным носом модных ботиночек.

– Когда вы перестали кривить нос и задыхаться, мы можем начать? – усмехнулась она, даже не пытаясь скрыть иронии.

… Мадина убирала пол.

– Можем, – кивнула Диана, заметив, как модистка удовлетворённо улыбнулась, словно бы довольно её поведением.

Диану крутили, вертели, делали замеры…

– Есть несколько лишних килограммов, – тоном знатока подмечала модистка, пристально разглядывая тело Дианы. – Но, впрочем, худоба уже выходит из моды. Отличная талия. Запиши, Селеста, на этом можно сыграть и сделать акцент.

Помощница только и успевала, что записывать.

– Кожа персиковая, бархатная… Тёмные цвета не подойдут. Ну-ка, подайте мне жемчужный крепдешин и караловый креп-жоржет, – она приложила обрез к Диане и кивнула помощнице.

– Можно мне что-то простое и не вызывающее? – робко попросила Диана.

Модистка задумчиво прищурилась, но не ответила. Карандаш в её руке не перестал делать эскизы будущих нарядов.

– Мне сообщили, что завтра у тебя свидание с Калемом…

– Да, – кивнула Диана, как можно сдержанней.

– Где? – модистка не отрывалась от альбома.

Диана подавила усмешку.

– На конюшне. Прогулка верхом, я так понимаю.

– Правильно понимаешь. Что бы тебе ещё на конюшне делать? Калем, конечно шутник, но вряд ли заставит невесту, да ещё калеку, убирать навоз, – беспечно произнесла она и повернулась к Селесте.

… Диана думала. Думала о том, что модистка первый человек, который так легко… произнёс вслух то, что многие боятся говорить. Кто из жалости, кто из-за манер, считая себя жутко воспитанным, чтобы не упоминать вслух о чужом недуге.