Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

Не оставалось никаких сомнений в том, что он задумал совершить. Веела как раз только сумела пробиться через толпу вниз, к телу Ярса, по ее лицу безостановочно катились слезы. Ронан суровой скалой возвышался за ее спиной. После приказа Тайлера он положил руки ей на плечи, но мы все понимали: силой он ее не потащит.

Вель застыла, глядя на два гвардейских меча в руках Тайлера. Медленно подняла голову и посмотрела вверх, на отца, по чьему непроницаемому лицу невозможно было прочитать, что он на самом деле чувствует.

Веела кивнула Тайлеру, развернулась и пошла вверх по ступеням к выходу, и люди расступались перед ней. Она шла с ровной спиной, бледная, но решительная.

— Веела! — позвал ее Лэггер.

Вель шла, не опустив головы, и не сбилась с шага, когда он ее окликнул.

— Веела!! — В голосе князя впервые проскользнуло что-то похожее на страх.

В густой мертвенной тишине тихо закрылась дверь, отрезая Вель от отца.

— Развяжите его, — глухо сказал Тай. — Выбирайте меч.

— Тай, ты ранен, — взмолилась я. — Ты потерял много сил. Лесли запретил бередить раны! Незачем устраивать поединок! Просто убей…

Мой страх за Тайлера оказался сильнее любого милосердия.

— Я не убью безоружного, — сказал Тай, посмотрел на меня, и его взгляд смягчился. — Не бойся. Ему не победить.

Лэггер уже стремительно приближался к Тайлеру, он схватился за протянутый эфесом вперед меч.

— Я тебя искромсаю, мальчишка! На моей стороне многолетний опыт!

— А на моей — правда. Я буду биться за всех, кого вы лишили возможности постоять за себя. За полковника Дейрона, казненного как предателя. Ему шанса отстоять свою честь никто не предоставил. От его имени и от имени Яриса Ярса я, Тайлер Эйсхард, вызываю вас на дуэль.

Тай выбрал мечи, а не стики, посчитав смерть от яда слишком быстрой. Исход боя может решить один случайный порез, то ли дело мечи — благородное и честное оружие.

"Лэггер напал без предупреждения. Два лезвия сошлись с гулким звоном. Свидетели дуэли отхлынули к бортам, освобождая место. Лесли оттащил меня, взяв за плечо.

— Давай ты еще подставься, — буркнул он.

Яростный звон металла о металл лучше слов или ругательств выдавал ненависть соперников. Они не разменивались на слова: умелые воины, они понимали, что чашу весов в битве может склонить любая мелочь.