Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

Он опытный воин, но и ему не сладить с крепкими парнями, если они вознамерятся скинуть его в пропасть, от которой его отделяла пара метров.

Князь медленно опустил руки, видно, вспомнив о кинжалах в потайных петлях. Однако он совершил ошибку — застегнул куртку, и теперь добраться до оружия было непросто.

— Страшно? — усмехнулся Тайлер.

У князя нервно подергивался уголок рта, вокруг глаз собрались морщины, точно он разом постарел лет на десять.

— Это великая честь, — сказал Тай. — Пожертвовать собой ради других.

Тайлер явно издевался.

— Убийца! — процедил князь.

Тайлер ответил спокойным взглядом.

— Увы, нет… — сказал он. — Убийца здесь только один.

И отвернулся, будто на месте сиятельства образовалось пустое место.

— Алейдис. — Тайлер взял мою ладонь и больше ничего не говорил, только смотрел с нежностью и грустью.

— Что?

Однако сердце уже знало ответ, оно неистово колотилось в груди, воздуха не хватало.

— Нет… — выдохнула я, вцепившись в руку Тайлера. — Нет! Нет! Тайлер, нет! Это не выход! Это ничего не решит!

Тай мягко улыбнулся и осторожно заправил мне за ухо выбившуюся прядь. Потом коснулся кончиками пальцев моей груди под сердцем.

— Я останусь с тобой. Здесь. Навсегда.

— Нет, Тайлер!

Я забыла все слова. Да и толку-то от них. Я ведь знала этого упрямца, этого Ледышку, который, приняв решение, никогда не уступал.

— Тайлер… Тайлер… — только и могла я повторять любимое имя.

Я судорожно пыталась придумать аргументы, которые могли бы его задержать. Невыносимо больно.

— Смотри, я хорошо держусь, — горячечно прошептала я, зная, что это ложь: держусь я сейчас на чистом адреналине, но на самом деле я нахожусь на грани.

Тайлер положил теплую ладонь мне на скулу, бережно погладил большим пальцем. Покачал головой.

— Ты ведь у меня умница. Ты все понимаешь.

Я все понимаю. Я ткач, я нужна Империи. Без меня Разрыв не закрыть — ни этот, ни последующие.

У меня подогнулись ноги от ужаса и непоправимости надвигающейся катастрофы, Тайлер подхватил меня, обнял, притянул к себе, прошептал в волосы:

— Ты сможешь, Алейдис.