Чужая Истинная для Ледяного дракона

– А разве кого-то ещё из преподавателей приглашали? – удивлённо вскидывает брови Велл. – Но вот если мы сейчас не поторопимся, то точно можем опоздать.

Вопрос так и вертится у меня на языке. Как же так? Неужели он не хочет познакомить истинную со своей сестрой? Или они уже знакомы, и там сложные отношения? Наверное, мне не стоит в это влезать.

Когда мы ныряем в тень деревьев, я чувствую, что нас провожает несколько удивлённых взглядов. Сложно будет потом как-то это объяснить. Но сейчас мне отчего-то очень не хочется об этом думать.

Мы спускаемся в Портурею и сразу же направляемся в концертный зал. Лакей при входе проверяет наши имена в списке приглашённых и пропускает внутрь.

Сделав единственный шаг в помещение, я застываю как вкопанная. Огромный зал с балконами в два этажа, с просторным партером и сценой, закрытой тяжёлым бархатным занавесом. Стены отделаны белым мрамором с розовыми прожилками и золотом.

Со всех сторон к своим местам стекаются зрители, рассаживаясь на стульях, обитых таким же бархатом, как занавес.

Велл аккуратно касается моего предплечья, привлекая в себе внимание. Но даже этого касания хватает, чтобы по моему телу пробежала волна трепета. Проклятье! Почему этот дракон так на меня действует? Я же даже не его истинная…

Велл направляет меня к нашим местам и предлагает помочь снять плащ.

– Нет, спасибо. – Немного натянуто улыбаюсь я, радуясь, что свет начал постепенно гаснуть. – Мне кажется, тут немного прохладно.

Велл удивлённо поднимает брови, но не спорит.

– А вот на сцене точно не холодно, – кивает он на первых танцоров, появившихся на подмостках. – Но зато невероятно красиво.

И правда! Яркие, красочные костюмы, в которых ткани и крой подобраны так, чтобы дополнять движения. Лёгкие прыжки, высокие батманы, быстрые вращения.

Я настолько растворяюсь в музыке, которая продолжается в виде плавных взмахов рук и резких переходов, что исчезаю из реальности. Дышу мелодией, даже сердце, кажется, бьется под её ритм.

– Всем оставаться на своих местах! – громоподобный мужской голос вырывает меня из этого волшебного состояния, словно ураган выдирает из земли дерево с корнями: грубо, жёстко и безжалостно.