Чужая Истинная для Ледяного дракона

Сдвоенное занятие – теория плюс практика выпили из меня значительную часть магического ресурса.

Но Веллу, похоже, наплевать.

– Увидите, – кратко отвечает он, увлекая меня по одной из аллей. – Вы ведь всё ещё хотите работать в Академии?

Глава 15.

Лия

Я могла бы, конечно, сейчас повозмущаться, повырываться, но, во-первых, это ни к чему не приведёт, а во-вторых, привлечёт ещё больше внимания, чем неожиданное изменение планов Велла. И так, судя по разговорам, обо мне уже очень интересные слухи ходят, а если я скандалить начну…

– Господин ректор, – говорю так тихо, чтобы слышал только Роувелл.

 – Была бы вам безмерно благодарна, если бы вы отпустили меня. И всё же были так добры и объяснили, что всё это значит.

– Это значит, что я выполняю своё обещание, – спокойно отвечает ректор и, наконец, отпускает мой локоть, внимательно следя за тем, чтобы я продолжала идти. – Адептам будет проще воспринимать вас как преподавателя, когда вы будете в более подходящей одежде.

Уф… Так вот в чем дело.

Я киваю и немного расслабляюсь. Мы проходим по аллее к северной смотровой площадке. Запряжённые в воздушные кареты пегасы фыркают и периодически взмахивают мощными крыльями с белоснежными перьями, отливающими золотом в отблесках закатного солнца.

Роувелл подходит к карете, открывает передо мной дверцу и протягивает руку, чтобы помочь забраться внутрь. Вроде он делает это галантно, и ни на что не намекая, но как только наши пальцы соприкасаются, мне кажется, будто по мне проходит цепь молний.

Время словно замедляется, а сердце сбивается с ритма. Оказываюсь внутри и тут же отдёргиваю руку. Это наваждение какое-то!

Непозволительно, преступно испытывать то, что я испытываю, и тем более глупо краснеть от взгляда и прикосновения Роувелла.

Между нами пропасть, а своим поведением я создаю впечатление флиртующей женщины.

Отодвигаюсь в самый дальний угол кареты и демонстративно утыкаюсь в окно. Но как же, наверняка странно это выглядит со стороны!

Слышится команда извозчика, удар хлыста, и мимо окна проносится конец крыла пегаса.

Карету дёргает вперёд, а потом резко вниз так, что сердце подскакивает к самому горлу.

Я от неожиданности вцепляюсь пальцами в мягкий бархат обивки сидений. Надо же, а в прошлый раз я сюда летела на более скромном варианте, где сидения были обиты льняной тканью. Возможно, это личная карета ректора?

Достаточно быстро карета выравнивается, и остаётся в небольшом наклоне, будто мы едем по склону вниз.