Чужая Истинная для Ледяного дракона

С той стороны, из-за стены, поднимается облако, закрывающее звёзды. Это взлетели десятки Земляных драконов. Слегка повернув голову, я отмечаю, что отец уже поднял в воздух всех наших воинов, и драконы Айсгарда и Драгонвела разворачиваются в боевой порядок.

Всё только начинается.

Драконы двух континентов замирают в воздухе в ожидании команд своих полководцев.

Вершины башен вспыхивают нестерпимо ярким магическим огнём, освещая оба войска. Странно. Проще осветить только противника, чтобы напасть из мрака.

И в этот момент откуда-то сверху раздаётся могучий рык.

Однако Земляной, который до этой минуты был прямо напротив меня, неожиданно сдаёт назад. Удивительно, но весь первый ряд врагов сминается, пятится и, оказавшись над территорией крепости, начинает снижаться, исчезая из нашего поля зрения.

Происходит непонятное, а значит, опасность возрастает. Заманивают? Или… Они же артефакторы. Берегут своих? И сейчас против нас применят…

Додумать эту мысль я не успеваю.

Перед нами молодой темноволосый мужчина с гордой осанкой. Он поднимает правую руку в жесте, призывающем к молчанию. Хотя необходимости в этом нет. Слышен только шелест крыльев наших драконов.

Громоподобный голос, усиленный магией, наверное, слышен в каждом закоулке крепости.

– Я, Драгар-даг-Шер, старший сын Рейнега-даг-Шера, вероломно убитого его младшим братом Эрни-даг-Шером.

Тишина. Затем где-то за стеной слышны крики и лязг оружия. Рядом с мужчиной, даже головы не повернувшим на шум, появляются двое драконов в полуобороте. Что-то говорят ему. Он кивает и продолжает, глядя на нас:

– Вы опередили меня и верных мне драконов на несколько часов, но я всё равно вам благодарен. Не потому, что я не смог бы справиться с убийцей своего отца. Мне пришлось бы убить его, и я сделал бы это без колебаний, но у нас в Ангилье говорят: «Проливший кровь даже самого дальнего своего родственника не удержится от убийства близкого».

Усиленный магией голос говорящего звучит громко. Вот только все наши находятся в драконьей ипостаси – ответить сложно. А обращаться мы не спешим, подозревая ловушку.