Чувства в клетке

Вот и сегодня все идет по заранее продуманному сценарию, все те же лица заискивающих сотрудников, партнеров, желающих что-то с тебя поиметь, и жадных до бабла девиц.

Меня сложно чем-то удивить, но в какой-то момент взгляд цепляется за нечто необычное. Золотая змея на загорелой женской спине. Но не только это. Сама женщина. Она притягивает взоры своей красотой. Рассматриваю внимательнее. Она улыбается какому-то хрену, смеется. И вдруг грудь пронзает какое-то странное чувство. Как будто видел уже где-то этот профиль и эту улыбку.

Невольно в голове выстрелом всплывает совсем другая девушка из далекого прошлого, от этого становится снова больно. Почему вспомнил ее именно сейчас, не могу понять, но, как завороженный, подхожу ближе к блондинке. Останавливаюсь и внимательно смотрю, она поворачивается, и наши взгляды встречаются. На меня смотрят голубые глаза. Наваждение спадает. Не зеленые. Это хорошо! Рассматриваю ее внимательнее. Нет. Как мне могло показаться? Обычная блондинка, хоть и красивая. Отхожу от нее подальше, но взгляд все время возвращается к стройной фигуре. Интересно, как этот олух Женька отхватил такое сокровище? Он обнимает ее за талию, что-то говорит на ухо. Хочется оттащить его подальше и поломать каждый палец, особенно если вспомнить, что из-за этого барана открытие отеля пришлось задержать почти на три месяца и профукать самый жаркий сезон.

Меня отвлекает один из партнеров, включаюсь в беседу. И тут подходит Евгений со своей спутницей. Он знакомит нас, говорит на русском, называет ее имя:

— Маргарита, — оказывается, она из России.

Интересно.

Что-то говорю в ответ, поднося ее руку к губам. Показалось, или она вздрогнула? Странно, но мне упорно кажется, что ей не идет этот цвет волос, хочется убрать с лица светлую челку и рассмотреть получше. Отвешиваю комплимент, и она обдает меня взглядом, который дает ясно понять, что Евгений сегодня останется в пролете. Я не могу пропустить такую красотку.

Пока я отдуваюсь на сцене, теряю из вида мою белокурую красавицу. Хорошо, что в перерыве между пафосными речами нахожу ее в одиночестве недалеко от сцены.

Сейчас, в приглушенном свете я вижу ее безупречную спину, на которой весьма зловеще поблескивает змея. Тихонько подхожу сзади, провожу пальцем по холодному металлу, слегка касаясь горячей кожи, кажется, она вздрагивает от моих прикосновений. Тут же говорю на ухо:

— Ваша змея ядовита?

— Определенно! — выдыхает она.

— Значит, я уже отравлен ядом. Вы сразили меня своей красотой.

— Не верю.