Чувства в клетке

Это было тяжело. Нас начали тренировать. Мустафа подходил к вопросу серьезно, нанял профессиональных тренеров. С утра до вечера спарринги, тренировки на износ, каждую неделю поединок. Наверное, тогда я получила основную закалку и выносливость, умение контролировать чувства, прятать страх и выпускать ярость не бездумно, а направленно на противника. Было нелегко, но меня это устраивало хотя бы тем, что работать в клубе я перестала. Теперь отдавать на забаву мужикам нас стали редко. Бывало после ринга победительницу продавали с аукциона, но такое происходило не всегда.

Если знала заранее, что так будет, предпочитала поддаться и проиграть. Но чаще я побеждала, стала приносить немалый доход, поэтому Мустафа меня берег. А потом как-то раз меня заметил на одном из рингов сам Бахар Шинай. Ты слышал о нем, известный в определенных кругах человек, раньше служил в армии правительства, потом ушел и занялся более прибыльными делами, известен не только своими талантами, но и безграничной жестокостью. Как он потом сам сказал, разглядел во мне звериные инстинкты, доступные не многим. Он выкупил меня за бешеные деньги у Мустафы. У Бахара к тому моменту уже было несколько женщин для тренировок, он уже горел идеей создать идеальную женщину-убийцу. Я стала последней в этой команде. Вот он-то и сделал из меня того, кем я стала. Создал Марго, это он дал мне это имя. Полгода мы провели на закрытом полигоне. Тренировки продолжались день и ночь. В таких условиях сдавались многие мужики. Ревели как дети, просились домой. А мне не к кому было проситься. Я почему-то знала, что бабушка меня не дождется. Не выдержит. Так и случилось. Она умерла за несколько месяцев до того, как я вернулась на Родину. Но тогда я думала только о том, как выжить в этом аду. А это был ад в чистом виде. Бахар натаскивал нас, как собак. Заставлял проходить немыслимые задания, тренируя не столько физически, сколько психологически. Он выбивал из нас все возможные фобии. Страх высоты, темноты, голода, пытки. Там было все. Нас было пятеро женщин. Двое не дожили до конца обучения, двое погибли при выполнении первых заданий. Вот так осталась я одна, — замолкаю, перевожу дыхание.

Амин молчит, зажмурив глаза, уткнувшись мне в волосы. Тяжелое дыхание и напряжение во всем теле выдают, что ему нелегко это слышать. Но я решаю продолжить:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Бахар очень дорожил мной.