Чуть больше о драконах

К тому же я понятия не имела, сколько захочет Академия за чернохвостика и зеленого вельда. Но с ценами на кайеров я была прекрасно знакома, поэтому…

Десять тысяч дукаров за молодого чернохвостика, решила я, – это вполне адекватная его стоимость. И еще пять за вельда…

Снова задумалась, кусая губы. Выходило, добудь мы с Гроером два первых приза на Больших Играх, я бы обзавелась сорока пятью тысячами дукаров. Этих деньги хватило бы и на то, чтобы расплатиться за Исабель, и на то, чтобы кнут Гордона больше никогда не коснулся ни Честера, ни Мушки.

…Тут распахнулась дверь, и в проходе появилась пожилая пышногрудая секретарша, торжественным голосом возвестившая, что меня ждут внутри. И я потащилась через ее каморку в кабинет ректора, где предстала перед очами Конрада Мелгарда.

Замерла на входе, мазнув взглядом по темно-оливковому ковру на полу в цвет тяжелых портьер на единственном окне. Мебель здесь стояла добротная, громоздкая. Везде шкафы, заваленные свитками и бумагами, – тут магию Огня нужно держать на привязи: вспыхнет в любой момент!.

Но куда больше обстановки в кабинете ректора меня волновало присутствие лорда-канцлера Астара."

"Впечатление Конрад Мелгард производил привычно сокрушительное. Он был так же убийственно хорош собой, одет дорого и богато, на лице – выражение ледяной уверенности. Но я-то видела, что он выглядел уставшим, а под черными глазами залегли тревожные тени.

Стоял рядом с массивным столом ректора и смотрел на меня.

Я тоже не сказать, что особо рвалась к нему навстречу.

– Здравствуй, Дарлин! – наконец, раздался его хрипловатый голос, почему-то отозвавшийся болью в моей груди.

И мне стало окончательно не по себе. Настолько, что я снова решила заговорить первой. Быть может, если мы быстренько выясним, что ему надо, то я сбегу во двор, где Гордон охаживает хлыстом моих кайеров, и успею разобраться с ним до начала лекций?

– Интересно, зачем вам понадобилось ломать эту комедию во дворе? – спросила у него нервно.

Ничего подобного он не сказал. Вместо этого уставился на меня совсем уж сурово.

– Где ты была этой ночью? – его голос прозвучал осуждающе.

– Что?! – выдавила из себя. – Где… Где я была?!

– Я прождал тебя до самого утра, так и не сомкнув глаз.