Чудовищный бизнес леди попаданки (СИ)

— В таком случае остаётся только пожелать ему здоровья и долгих лет жизни, — хмыкнула я. — Трудно вам приходится. Что же вас держит в таком жутком месте?

— Да мы не то чтоб жаловались. Зато лихие люди стороной обходят. Пришлые вовсе редко забредают, общество у нас дружное. Ни воровства, ни душегубства. Житье вольное, — он взглянул исподлобья, прикидывая, не ляпнул ли чего лишнего. — Вас, владельцев этих земель, долгие годы не видать было. Аренда тут низкая. Налоги тоже не дерут за все про все.

— Воруете? — спросила напрямую, надеясь поймать на внезапность.

— Ни в коем разе! Свое продаем, наши диковинки на ярмарке любят. Ну, охотимся мал-мала, не без этого. И валежник собираем на дрова.

— Валежник, — повторила скептически. Он хитро прищурился.

— Ничего-то от вас не скрыть, юная леди. Каюсь, было дело. Но всего-то парочку деревьев, какие сами бы померли скоро или мешали. Не на продажу, вы не думайте. Только для своих нужд.

— Ладно, — притворно вздохнула я.

Староста усмехнулся в усы и спросил, когда приедет мой супруг. Неужели согласился жить в замке с призраками? Кажется, всех вокруг интересовал Рейнер и спрашивать о нем будут всюду, куда бы ни пошла. Всех, кроме меня самой.

Пряча досаду, я попросила рассказать об охоте.

Как я и подозревала, ничего хорошего. Скот худо-бедно плодился, хоть и не всегда тот приплод выходил удачным. А вот собак и кошек брали в городе, щенков и котят, которые здесь рождались, топили без всякой жалости. Пусть и мелкие, но хищные звери, выродившись от проклятья, могли проявить себя как угодно. Чаще всего не лучшим образом.

Про лесную живность лучше всего знали охотники. К одному из них нас проводили, обещая занятное зрелище.

9.2

Я ожидала увидеть хмурого матерого мужика, сурового и молчаливого. Из тех, что неделями в одиночку в тайге выживают и способны со ста шагов попасть белке в глаз. Когда нам навстречу вышел паренек лет шестнадцати на вид, решила, что это сын охотника, но никак не он сам.

— Дью, леди желает взглянуть на твой зверинец, — обратился к нему староста.