Чудо купальской ночи

Все доступно объяснил?

– Да, – четко подтвердила она.

С Аркадием Марковичем, условным начальником его юридической службы, Ставров созвонился, еле дождавшись восьми утра, зная, что именно в это время тот встает. Условным, потому что Аркадий Маркович был известным адвокатом и вел не только дела Ставрова, но и имел других клиентов, а непосредственно юристом у Клима работал молодой, но очень толковый и грамотный человек Федор Добрынин, большая умница. Он-то и вел все основные договора и отслеживал рабочие моменты, но частенько под чутким руководством Аркадия Марковича.

Адвокат невозмутимо выслушал Ставрова, тоже, надо сказать, не нервничающего, спокойно и ровно изложившего суть своей просьбы.

– Машину продать? – уточнил Аркадий Маркович.

– Да, – подтвердил Ставров. – Деньги перевести на мой счет, – и снизошел до пояснения: – Машины быстро обесцениваются, пусть свои понты перед коллегами и мужчинами оплачивает из собственного кармана и сама покупает себе машину такого класса. А что касается недвижимости, мне нужно только судебное постановление о моем пае в процентном содержании, там, по-моему, больше восьмидесяти процентов, и о единоличном праве на продажу.

– Вы уверены? – переспросил адвокат.

– Когда получите постановление суда на руки, уведомите ее, чтобы подбирала другое жилье. Дадим ей полгода на устройство и поиск подходящего жилья, потом все продать, ей перевести часть суммы.

Аркадий Маркович встретился с Надей в приличном кафе, в котором любил назначать такие вот деловые встречи, тем более сегодня он не завтракал, а здесь подавали домашнюю выпечку и очень достойный кофе.

– Что он решил? – спросила тревожно мадам Ставрова после того, как подписала бумаги на развод и еще кое-что, специально составленное адвокатом.

– Он не станет продавать недвижимость в Германии прямо сейчас и даст вам возможность спокойно решить жилищный вопрос, но он ее продаст в дальнейшем. Все детали зафиксированы в этом договоре.

– Не думала, что Клим способен быть таким безжалостным, – поделилась открытием Надя.

– Кто? Климент Иванович? – поразился от души Аркадий Маркович. – Это добрейший и разумнейший человек! Великий талант, мастер.