Чудесный сад жены-попаданки

С которым вы, как мне представляется, уже разобрались.

— Ещё нет, — упёрся Трейси. — Прежде чем сделать окончательное заключение, я бы хотел осмотреть замок целиком.

Я по-волчьи ухмыльнулась и с притворным великодушием согласилась:

— Разумеется, осматривайте. Только побыстрее, если не хотите добираться до ближайшего постоялого двора в темноте.

У инспектора заходили желваки.

— Постоялого двора? То есть вы отказываете в ночлеге представителям правопорядка?

— К своему величайшему сожалению. — Я не без издёвки развела руками.

Наши с Трейси взгляды скрестились. Пауза длилась и длилась — никто не хотел уступать.

И тут вмешался Райли.

— Прошу прощения, леди Каннингем, господин инспектор, — кашлянув, начал он. — Насколько мне известно, в деревеньке Данли, что в десяти милях отсюда, есть небольшая гостиница. Думаю, её хозяева с радостью примут полицию на постой.

Трейси перевёл взгляд с меня на Райли и обратно. А затем процедил:

— Хорошо. Но осмотром мы всё-таки займёмся. И немедленно.

— Как вам угодно. — Я повела плечами. — Райли сопроводит вас по замку. А если вдруг решите перекапывать сад, не забудьте попросить садовника, чтобы указал, где нужно тщательнее прорыхлить землю. Я буду у себя.

Царственно кивнув инспектору, я удалилась, без зазрения совести свалив дальнейшие заботы о коллегах на широкие плечи Райли.

***

А в комнатах меня ждали никуда не девшиеся бухгалтерские документы и безответный вопрос: где взять денег, чтобы сохранить имение?

«И почему сокровище Колдшира не существует на самом деле? Сейчас бы дополнительно накрутила хвост Трейси, и пусть он с товарищами обстукивает все камни в замке».

Шутка получилась несмешной. Я уже раскаивалась в том, что закусилась с инспектором: какую бы чушь он ни нёс, ссориться с полицией было последним делом. А ещё отчётливо понимала: история с кладом в духе «Трое из Простоквашино» мне не грозит.

«Что же, тогда пойдём другим путём. Попробуем продать что-нибудь ненужное».

С этой мыслью я вошла в будуар и вытащила из глубин платяного шкафа оббитый бронзой сундучок, где держала украшения и немногие сбережения. Отнесла его в спальню и, плотно прикрыв дверь, отперла ключиком, который всегда носила с собой. А затем принялась планомерно открывать лежавшие внутри коробочки и ящички и вытряхивать их драгоценное содержимое на кроватное покрывало.