Чудесный сад жены-попаданки

Сделала круг почёта по саду, заглянула на хозяйственный двор, перекинулась парой слов со встреченной Брендой. Дошла до привратницкой, где приветствовавшие меня Том и Стини изо всех сил старались дышать в себя.

«Совсем расслабились без Райли», — вздохнула я. Однако отчитывать выпивох не стала — не было настроения — и потому просто поднялась на крепостную стену, чтобы в который раз за последнее время окинуть взглядом окружавшие замок пустоши.

Ждать Райли сейчас было глупо: даже выехав до рассвета, в Колдшир они добрались бы только после обеда.

Но я всё равно до рези в глазах всматривалась в безлюдный тракт и, когда заметила ползущую по нему тёмную точку, сначала решила, что это самообман. Поморгала, потёрла глаза, вновь всмотрелась: точно! Кто-то едет, причём не верхом, а в экипаже!

«Райли?» — подпрыгнуло сердце, и перед внутренним взором вдруг мелькнул синий огонёк.

Рано. Значит, кто-то другой.

Крепко вцепившись в камни парапета, я следила за каретой, как за неприятельским войском.

И чем больше она приближалась, тем меньше шальная мысль запереть ворота и велеть никого не впускать становилась шальной.

Вот уже можно было разглядеть масть четвёрки лошадей и то, что к нам едет не просто прогулочный или почтовый экипаж, а полноценный дормез. Я вспомнила, как Бэрридон огорчался, что Каннингем выделил для моего путешествия обычную карету, а не этот «лимузин», в котором при желании можно было спать, и в груди неприятно сжалось.

Я тряхнула головой: Каннингем? Да ну, бред! Зачем ему приезжать, у него же в столице клуб, карты, женщины.

Смысл менять всё это на дни тряски в экипаже и сосланную в провинцию супругу?

Однако предчувствие становилось всё тяжелее. Как я жалела, что у меня нет бинокля или подзорной трубы! Возможно, через них удалось бы рассмотреть гербы на дверцах кареты.

— Госпожа?

Вздрогнув, я обернулась к поднявшемуся на стену Тому.

— Кто-то едет, — с запинкой сообщил он мне очевидное, и я механически кивнула.

Вновь посмотрела на экипаж и мёртвым голосом произнесла:

— Кто бы это ни был, полагаю, он задержится.

Передай горничным, чтобы срочно занялись лучшими гостевыми покоями, а сам будь наготове поднять решётку.

— Слушаюсь!"

"Громко топоча башмаками, Том скатился по лестнице, а я набрала полную грудь воздуха, длинно выдохнула и постаралась расслабить лицевые мышцы.

Конечно, я могла ошибаться, более того, была бы этому рада. Но…

— Боюсь, вряд ли, — пробормотала я.