ЧОП «Заря». Книга третья

 — Но! Ты завалил их маячок, так что не факт, что дойдут до нас. Здесь такие места, что награда может медведям достаться.

— Нам связь нужна, нам в город надо.

— Не спорю, но в ночь все равно не поедем. Переночуем, может, и повезет, выйдут на нас.

— Ты сейчас вот это все серьезно? Прям повезет?

— Ну а что? Я зря пол леса заминировала? — недовольно скривилась Банши, махнула на меня рукой и пошла на улицу, — Пойду над моторками еще поколдую, а ты можешь и дальше дрыхнуть. Без тебя справлюсь и награду всю себе заберу, на ЧОП делить не стану.

Я бы и рад был еще поспать. За два часа только порезы затянулись, а так часов восемь бы еще похрапеть, но сон ушел. Вероятно, к Горбушке, потому что я первый раз не слышал уже привычного хруста.

Я нашел свой «винчестер», зарядил и пошел с ревизией по трактиру. Повезет или нет — вопрос философский. Особенно кому и в чем. Жизнь — она штука такая, сейчас заплутают беглые и не к нам, а на монастырь выйдут. Ладно, может и правда повезет.

Я изучал трактир с другой стороны — до этого нам нужен был штурм, теперь наоборот.

Я, собственно, так и сделал. Отнес по ружью к каждому окну, закрыл ставни, а к некоторым еще и столы перевернутые придвинул. Складывал два к одному. Пара стволов разного калибра у стеночки, один в пространственный карман про запас.

На улице пару раз чихнула моторка, не желавшая заводится на морозе. Побурчала немного, споря с Банши, но все же подхватилась. Проехала мимо окна и впритирку встала за соседним зданием, так чтобы ее было видно только с той стороны, откуда мы пришли изначально.

Через пару секунд в трактир ворвалась перевозбужденная Банши и с ходу стала раздавать команды.

— Эй, Сухарик, или как там тебя, подъем! Кажись, фортануло! Едут родимые! — банши сжала кулаки и потрясла ими, будто суперприз выиграла. — Матвей, к моторке за углом не подпускайте их — это наша. К остальным, наоборот, гоните, там гостинцы для дорогих, очень дорогих гостей! Я наверх, прикрывай."

"Блондинка, будто ветром подгоняемая, пронеслась по трактиру. Я даже сказать ничего не успел, только повернулся за ней, а топот уже над головой на втором этаже.