ЧОП «Заря». Книга третья

А третья, еще живая, сидела рядом и поправляла золотой ободок у первой. Все чернявенькие и фигуристые, с очень неплохой прорисовкой.

«Это я…» — египтянка показала пальцем на живую девушку, а потом на вторую, чье лицо было не разглядеть: «А это Ирада, моя подруга. Мы вместе служили Клеопатре…»

«А это стало быть она?» — я кивнул на девушку с ободком: «Судя по названию картины, что-то пошло не так?»

«Конечно, не так! Хмара эрдэ! Помешалась на своем Антонии, решила отравиться. А я между прочем профи в этом.

Если по-вашему говорить, то я мастер ядов. Поверила ей, сделала все, как она просила. Чтобы без боли, просто взять и уснуть. Но кто же знал, что ей одной сыкотно уходить будет? Уколола в спину, гадина…»

«А по картине и не скажешь…» — я пожал плечами: «…довольно мило ты ей ободок поправляешь…»

«Я ее придушить хотела, но когда стража ворвалась, я тянулась уже из последних сил…» — беззвучно зарычала Хармион, вспоминая тот момент: «А они не поняли и переврали все, балбесы.

Там, знаешь, особо умных не было, исполнительные только… А я ведь очень хотела жить. Так сильно, что задержалась и теперь хоть по миру катаюсь с выставкой… Возьми меня с собой, а? Ну, позязуста…»

— Точняк тебе надо калибровку с нуля делать, — я начал размышлять вслух, рядом все равно никого не было. — Так, я вроде и не отравитель. Зачем мне яды?

«Узко мыслишь…» — промурлыкала Хармион: «…вопрос в дозировке и ингредиентах, а так и паралич, и сыворотка правды, а ведь еще и лечить можно…»"

"В голове загудело с двух сторон.

Будто за одним плечом дьявол-искуситель, а за вторым плечом еще один дьявол-искуситель. Даже Белка начала суетиться в предвкушении нового соседа. Мэйн традиционно воздержался.

— Уверена? У нас здесь пока дела, мир не скоро посмотришь. То, что ты у меня в голове увидела, это вообще, считай, из прошлой жизни. Да и враги у нас есть.

«Так даже интересней! Уж поверь, насиделась я уже на одном месте…»

Я открутил крышку душелова и мысленно потянулся к фобосу.

Странный переход — такого еще ни разу не было. Произошло раздвоение картинки. Вид на музейную реальность, в которой серое облачко, как джин из бутылки, выскочило из старой амфоры, пролетело сквозь Хармион и, подхватив ее, ввинтилось в горлышко душелова.

А с другой стороны, обжигающий и душный до физических ощущений песчаный вид.