Игрушка для бандита

Пока возилась с готовкой, сама подспудно ждала, что вот-вот придет хозяин дома. И ждала, и боялась этого одновременно.

Но время шло, а его все не было.

И только когда пирог уже почти был готов, мужчина появился в дверях.

— Доброе утро, — произнес Волков так, словно вчера между нами ничего не происходило. А я покраснела. И не только от того, как прошел ужин, но и… Мне почему-то казалось, что Олег знает о том, что случилось во сне. И это злило меня!

— Доброе, — буркнула, отвернувшись к раковине.

— Покормишь? — раздался дежурный вопрос.

— Конечно.

Приготовила чай, а затем проверила духовку — как раз сработал таймер. Достала пирог и выставила его на стол.

— Это что? — раздался холодный голос совсем рядом.

От неожиданности я дернулась и едва не обожглась. Но Волков этого, кажется, даже не заметил. Он стоял и смотрел на пирог с таким выражением лица, словно ничего гаже в своей жизни не видел.

— Пирог. С яблоками, — осторожно ответила я, не зная чего ожидать от Олега.

Тот перевел на меня взгляд, и я по инерции сделала шаг назад — столько злости в нем было.

А затем молча ушел.

Пару минут я приходила в себя, пытаясь понять — что это вообще было. Может, я не так его приготовила? Но нет — все по рецепту. Да, попробовать не успела, но и он не успел! Так какого черта выкинул?!

И такая злость меня захлестнула! Сам просил ему готовить и теперь нос воротит! Плюнула, оставила все и ушла наверх.

Было обидно. А еще жалко продуктов. Понимала, что для Волкова — это пыль, ничто, учитывая его уровень жизни. Но я была приучена к другому. И выкинуть вот так еду — для меня было просто кощунственно.

День прошел… никак. Сначала я долго злилась. Потом пыталась понять чем это для меня может обернуться. Потом боялась возвращаться в кухню, но в итоге пришлось — есть-то хотелось.

"Однако Волков так и не пришел. Ни днем, ни вечером. И мне бы порадоваться, но меня задело его отношение к чужому труду. Хотелось высказать ему, что он — неправ. Хотя стоило вспомнить его взгляд, и закрадывались сомнения о благоразумности такого поступка.

Но в любом случае выбора не было — хозяина дома либо не было, либо он не желал никого видеть.

На следующее утро я совершила очередную глупость.