Чистилище для невинных

— Не слишком хорошо, — ответил Вильям.

— Он… он не умрет, да?

— О нет, малышка, — заверил Вильям. — Не волнуйся, он крепкий как скала! А ты как?

— Все нормально. Я… Мне так жаль. Наверное, я вас разочаровала.

— Что ты такое говоришь! Ты сделала все, что могла, я это знаю.

Шаги в коридоре вынудили их замолчать.

Патрик открыл камеру Джессики, не предвещая ничего хорошего.

— Я слышал, как ты разговаривала, — объявил он с порога.

Она опустила голову.

— О чем ты говорила?

— Я… я спрашивала, как себя чувствует Рафаэль, — промямлила Джессика.

— Он немного подпекся! — злорадно заявил папочка. — Теперь он будет не таким соблазнительным, как раньше, тебе не кажется?

— Конечно, мсье.

Патрик положил сэндвич и бутылку воды на кровать, затем снял с нее наручник.

— Нет, правда, голубка моя, ты знаешь, кто такой Рафаэль?

Она посмотрела на него непонимающим взглядом.

— Ты знаешь, чем он занимается?

— Да. Он ветеринар.

Папочка разразился смехом и уселся на кровать Орели.

— Ветеринар? Это он тебе сказал?

— Да.

— Чушь собачья!

Джессика нахмурилась."

"— Этот грязный тип — вор, моя дорогая. Грабитель банков и ювелирных магазинов, который вышел из тюрьмы в прошлом году! Удивлена, не так ли?.. И братец его такой же. Они оба преступники, которых разыскивает полиция.

Джессика явно была в шоке. Поражена. Но через секунду она дала отпор:

— Ну и что? Вы тоже преступник!

Она тотчас же пожалела о своих словах. Сможет ли она когда-нибудь себя контролировать?

Улыбка папочки стала шире. Дрессировка была не закончена, и это ему очень нравилось.

— Верно, голубка моя. Я тоже преступник. Знаешь, сколько убийств на моей совести?

Джессика, пожалуй, предпочла бы не знать. Но ему явно доставляло радость делиться с ней своими зловещими достижениями.

— Тринадцать.

Ее била дрожь, она закусила губу.

— А цифра тринадцать, говорят, приносит несчастье. Так что надо поскорее довести мой список до четырнадцати. Но ты не будешь следующей, можешь быть спокойна. Следующим станет один из этих тупиц, которые разлагаются в соседней комнате.

— Я хочу научиться, — прошептала Джессика, глядя на него покорным, по ее мнению, взглядом.

Который выражал бесконечное отвращение.

— Ты само совершенство, — заключил папочка. — А пока не хочешь принять душ?

— Хорошо, мсье.

— Я провожу тебя, голубка моя.