Чёрный Рыцарь

— Не знаю, что, черт возьми, с тобой не так, но перестань быть нездоровой собакой, или я позвоню директору.

Нездоровой собакой.

Вот подходящее слово. Собака. Из-за нее я превратился в нечто меньшее, чем собака. По крайней мере, у собаки есть принципы, верность. Но не у меня.

Хуже всего то, что у меня нет возможности остановиться.

Когда я пристально смотрю на Ронан, я притворяюсь, что ее не существует, и говорю ей:

— Это не твое дело. Уйди.

— Ну, я делаю это своим делом. Ты не можешь причинить боль Ро в моём окружении.

Ро.

Чертов Ро.

Если она называет его так нарочно, усугубляя мое безумие, то это, блядь, работает.

Кто-нибудь, запишите в отделение психиатрии. И скорую помощь, потому что, если меня посадят за то, что я сумасшедший, с таким же успехом можно убить этого ублюдка.

— Да, Кимми. Защити меня от этого сумасшедшего придурка. — Ронан надувает губы, держит ее руку в своей и гладит по спине.

Поскольку он стоит у нее за спиной, я вижу всю фальшь в этом выражении, насмешку в его глазах, а затем он просто ухмыляется мне.

Он, блядь, ухмыляется, указывая на ее руку в своей.

Вот и все. Он труп. Во сне, в машине, в бассейне. Не имеет значения, это произойдет.

Я смеюсь, звук невеселый и резкий, когда я обращаюсь к ней:

— Думаешь, что сможешь остановить меня? Знай свое гребаное место.

— Ты знаешь свое место. Ты не можешь просто толкать людей и бить их просто потому, что хочешь или можешь. Мир не вращается вокруг тебя.

Потому что он вращается вокруг тебя.

Нет, нет, я так не думаю.

Эту мысль нужно, блядь, искоренить.

Такими темпами, либо ей нужно исчезнуть, либо мне. Иначе с этого момента начнется гребаный хаос.

— Наблюдай... — я подхожу вперед, но она не двигается и не отступает.

У нее слегка дрожит подбородок, что означает, что она напугана, но не позволяет этому сказаться на ней.

Кимберли все еще стоит перед ублюдком Ронаном, не двигаясь, будто его безопасность ее цель в жизни.

Его безопасность.

Его.

Я останавливаюсь в нескольких шагах от них, наблюдая за, происходящим с той ясностью, которая у меня имеется, после всего алкоголя и травки, которые я употреблял.

Раньше они смеялись и веселились. Сейчас она защищает его.

И он перестал спать со всеми подряд.

Реальность обрушивается на меня, как удар по носу. Я никогда не видел ее такой счастливой с кем-то, кроме Кира, до Ронана.