Четыре любовницы и ни одного классического СЛР (СИ)

Завтра возвращаемся домой. Подробностей не знаем, но, что возвращаемся — это точно. Спокойной ночи!

* * *Ранним утром в аэропорту Марка встречала «целая делегация». Первой он увидел Еву, радостно машущей рукой. Чуть поодаль стояла хмурая Анжела, периодически почёсывающая лоб, возле которой стояли его сыновья… с чемоданами? Марк подскочил к жене и крепко её обнял, целуя.

С трудом оторвавшись от манящих губ, он прошептал:

— Зая, а что делают рядом с Анжелой наши дети?

Ева лукаво улыбнулась, поправляя свалившуюся с волос косынку:

— Я тебе потом всё расскажу…

— Папа-а-а! — мальчики радостно сорвались с места и крепко обняли отца.

Цокая высоченными каблуками, к ним подошла Анжела, катившая оба чемодана:

— Вот, возвращаю. Прощайте! Надеюсь, больше никогда не увидимся. Счёт за испорченную одежду пришлю на почту. Марк с любопытством переводил взгляд с жены на секретаршу и обратно.

Ева развернулась в сторону несостоявшейся соперницы и растянула губы в ехидной улыбке:

— А я встречный иск подам.

* * *Пока Марк укладывал чемоданы в багажник, к Еве подошли сыновья.

— Мам, а может, ну её, эту школу?

— Нет. Никаких поблажек! Давайте, полезайте в машину. Кстати, может вы мне поведаете, почему Анжела всё время лоб чесала?

Вова с Гришей заржали.

— Это её карма гнева приложила!

Ева строго посмотрела на мальчиков.

Продолжая хохотать, Вова пояснил:

— Она настолько была взбешена, что не придумала ничего лучшего, как пнуть «тауэр». Ей клюшкой по лбу и прилетело. Но её это не остановило.

— Кого? Клюшку?

Вова уже ничего не смог ответить, согнувшись пополам от смеха.

На помощь старшему брату пришёл Гриша:

— Анжелу, мам. Она со злости ударила по шкафу и на неё приземлилась мои шахматы.

Ева прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться:

— Я так понимаю, обошлось без сотрясения мозга.

Гриша поправил очки и с характерной интонацией произнёс:

— Ойц, маман! Я Вас умоляю! Таки было бы чему там сотрясаться!

Ева всё-таки не выдержала и расхохоталась, обняв обоих сыновей. Поцеловав каждого в вихрастую макушку, она жестом показала, что пора залезать в машину, а сама заняла водительское кресло.