Четвертый тост

Он пока что молчал, неслышно передвигаясь за ними по склону, а старлей говорил и говорил, показывая сигнальные растяжки, характеризуя местность, кратко и емко вводя майора в курс того необходимого минимума, что в данной ситуации полагался. Все было дельно и правильно, но понемногу майор стал отмечать, что здешний комендант чересчур уж упирает на нейтралитет села, на сложившиеся, знаете ли, традиционные отношения мирного сосуществования, всецело одобренного командованием, а через него – и теми, кто повыше…

Он ничего не сказал вслух.

Хотя выводы для себя сделал. Что поделать, такова се ля ви. Старлею очень нравилось стоять именно здесь, где практически не стреляют, где лишь изредка замаячит на горизонте разведка душков, которую в первую очередь постараются отогнать сами обитатели кишлака. Уютное местечко посреди войны, где этой самой войны словно бы и нет.

И глупо было бы ставить старлею в вину эту потаенную радость – инстинкт самосохранения человеку свойствен даже сильнее всех прочих инстинктов, дело житейское.

И все же был тот легонький страх, что прочитывался где-то под поверхностью, – опасался старлей, что появление загадочной группы может, чего доброго, нарушить прежнюю идиллию, опасался, что уж там. А потому вызывал у майора чувства сложные и отнюдь не благостные: от легкой неприязни до разочарования непонятно чем и кем…"

"Он покосился через плечо. Метрах в ста от них, у ветхого заборчика, торчала стайка местных пацанов, открыто наблюдавших за новоприбывшими. Хорошо еще, от этих не приходилось ждать пули в спину или брошенной гранаты, как случалось в иных местах, но все равно, ручаться можно, они тут торчали не просто так.

Юные друзья пограничников – с учетом местной специфики. Глаза и уши местной контрразведки, как ее ни именуй. Не мешает учесть, что доморощенная ГБ, пожалуй что, работает в десять раз эффективнее и ревностнее любой аналогичной государственной службы, потому что лишена и тени бюрократии, являет собою плоть от плоти и кровь от крови села, скорее уж деталь живого организма даже. Бактериофаги, мать их так…

– Обстановка в последние два дня несколько напряженная, – хмуро сообщил старлей. – Позавчера на одном из дальних пастбищ исчезли трое местных. По всем признакам, похищены. Двое – молодняк безусый, а вот третий – человек в селе авторитетный, справный хозяин. Местные в округе рыщут группами, ищут следы…

– Мы встретили дозор.

– Ага. Их там столько… В местной самообороне стволов двести.