Чертовски знаменита

Из-за того, что ты дурацкая телезвезда, теперь надо взять и порушить мою жизнь, так, что ли? – Несмотря на злость, в его зеленых глазах стояли слезы.

– Конечно нет, дорогой, ты совершенно прав. Это безобразие, они все подонки. Я уже велела своим адвокатам заняться этой газетой, и, обещаю тебе, мы их засудим и пустим гулять без штанов.

– Мам, они воспользовались моим дневником, который я писал совсем ребенком. Они украли его.

– Да, я знаю, Томми, просто слов нет.

– Но разве они пояснили, что я писал это все ребенком? – спросил он.

 – Разве они написали, что мне тогда было всего двенадцать, я не мог еще отличить дерьма от конфетки? – Он обиженно уставился на нее. – Не-а, они написали: «Томми Беннет, шестнадцать лет».

А мне и шестнадцать будет только через месяц. Делают из меня полного ублюдка, я похож на самого выдающегося придурка Западного полушария.

– Томми, я совершенно ничего не могу поделать сейчас, – сказала она. – Я уже связалась с Барри Лефковицем, он попытается что-то предпринять, чтобы другие газеты это не перепечатали.

– И что мне это даст? – огрызнулся он. – Думаешь, мне не плевать, если это перепечатают в гребаной Австралии, или в гребаной Европе, или еще где?

Катерин не обратила внимания на грязную лексику и ярость сына. Ей хотелось прижать его к себе, покачать, как она делала, когда он был крошкой, утешить его. Но, разумеется, она не могла так поступить.

– Я спать хочу, мама. Черт, хорошо хоть завтра в школу идти не надо.

– Хорошая мысль. Поспи, о ребятах не беспокойся, они всё через два дня забудут.

Честно, Том, ты же понимаешь, сегодня – новости, завтра – мусор.

– Ладно, я постараюсь. – Он попытался улыбнуться.

– Слава Богу, что до перерыва в съемках осталась всего неделя, – весело заметила она. – Бренда сегодня купила билеты на самолет. Мы отправляемся в гранд-тур, дорогой.

Он слегка оживился.

– Да? Откуда мы начинаем?

– Сначала полетим в Лондон. Остановимся в гостинице «Коннот» на три или четыре дня, посмотрим город.

В Лондоне масса всего интересного. Театры, музеи, разные другие места, тебе обязательно понравится. Я там давно не была. Потом рванем в Париж.

– Мы сможем пойти в «Сбесившуюся лошадь»?"

"– Еще бы, и в «Мулен Руж», и на Эйфелеву башню залезем. Она такая высокая, что у нас кровь может пойти носом. Мы посмотрим все на левом берегу, потом на правом, потом Пигаль, еще Монмартр, мы будем питаться круассанами и целыми днями пить cafe аи lait в кафе на тротуарах.