Чертовски знаменита

Верни свою жизнь на проверенные рельсы и перестань существовать в тени Катерин Беннет». Я мужчина, Китти, я не хочу жить, как домашняя собака.

Он ей казался таким сильным и уверенным, так хотелось обнять его и положить голову на плечо. Так хотелось, чтобы он встал у руля ее жизни.

– Ты хочешь сказать, что после всего случившегося ты все еще хочешь на мне жениться?

– Китти, Господи, да я тебя обожаю. И да, я все еще хочу на тебе жениться, я хочу быть с тобой всегда. Когда ты состаришься, ухаживать за тобой, если ты заболеешь.

Он сел рядом с ней. Острое наслаждение пронзило ее, когда он ласково погладил ее по обнаженному плечу. Она ощущала его запах – теплый, терпкий, хорошо сохранившийся в памяти. Он наклонил голову и осторожно поцеловал ее плечо. Она почувствовала, что начинает плыть в таком знакомом озере наслаждения. Его руки теперь ласкали ее более сокровенные места. Дразнили и гладили, разжигая в ней огонь, который могло потушить только его тело, соединенное с ее телом.

– Выходи за меня замуж, Китти, прямо сейчас, – выдохнул он ей в волосы.

 – Ты будешь счастлива, я обещаю.

– Да, но я…

Он остановил ее поцелуем, и все ее протесты разлетелись, как листья на ветру.

Она услышала свой голос будто издалека.

– А если я не смогу… не выйду за тебя замуж? Что тогда?

Магические пальцы, руки и губы замерли, и он откинулся на диване, глядя на нее печальными зелеными глазами.

– Тогда мы расстанемся. Навсегда. Конец. Zut[26]! – Он резко провел ребром ладони по шее.

 – Вот так. Кончим сразу, никаких затяжек, лучше умереть сразу, чем истечь кровью от тысячи порезов. Китайцы знают толк в пытках. Они отрезают от человека по маленькому кусочку до тех пор, пока он не превращается в открытую рану, умоляя о смерти, желая ее больше, чем чего-либо в жизни. Мучительный способ умереть.

Катерин содрогнулась, страстно желая близости с ним. Что она потеряет, если выйдет за него замуж? Он всегда вел себя с ней честно. Настоящий джентльмен – галантный, нежный, забавный, с прекрасным чувством юмора.

Он обожает ее, а она обожает его. Они будут жить вместе так, как никто до них не жил на протяжении всей истории любви. Чего же она боится?"

"«Согласись, – подсказывал Катерин внутренний голос. – Согласись же, идиотка. Ты бежала за ним вплоть до Вегаса, чего тебе еще надо? Или ты все это затеяла, чтобы разок трахнуться? Стоит газетенкам разузнать о твоем маскараде, тебя осмеют так, что небо покажется с овчинку».