Чертовски знаменита

Следующее послание было от Стивена Лея, сценариста «Семьи Скеффингтонов», ставшего одним из самых близких друзей Катерин, с которым она делилась всем.

В эти последние недели Стивен оказывал ей огромную поддержку. Он понимал проблемы Катерин и давал ей дельные советы.

– Привет, Китти. Видел новости. Говорил же, что ты выиграешь, мы ужасно за тебя рады. Давай отпразднуем. Ты не могла бы пойти к «Мортону» в понедельник вечером? Самое время показать этому городу свое личико. И я обещаю тебе две вещи: я угощу тебя редкостным бифштексом с кровью и правдой, встречающейся еще реже…

Катерин улыбнулась.

Стивен верен себе, всегда можно положиться на то, что он найдет подходящую цитату.

– Готов поспорить, ты не знаешь, откуда это. Перезвони, если догадаешься.

Катерин задумалась. Никогда нельзя сказать, что происходит за закрытыми дверями чужого брака, но, на взгляд постороннего, брак Стивена и Мэнди Леев казался нерушимым. Никто не знал никаких подробностей о Мэнди, которая по большей части сидела дома, возясь с детьми, тогда как Стивен по пятнадцать часов торчал в студии, но создавалось впечатление, что она полностью удовлетворена работой по дому, готовкой, стиркой и уходом за их двумя дочерьми.

"

"Катерин расстроилась, что на автоответчике обнаружились лишь два послания. Она избегала тех непостоянных отношений со знакомыми, которые в Голливуде считались дружбой, а ее настоящие старые друзья остались в Нью-Йорке. Но даже некоторые из них в последнее время не чувствовали себя уютно с Катерин.

Когда она звонила, их голоса звучали по-другому, настороженно, как будто они полагали, что, став звездой, Катерин не захочет иметь с ними ничего общего. Разумеется, это было неправдой, но Китти не могла притворяться, что она обычный человек, тогда как стоило ей высунуть нос из дому, хотя бы для того, чтобы заглянуть в ближайший магазин, и ее окружала толпа, требующая автографа.

Большинство артистов именно к этому и стремились – немедленное узнавание и постоянные аплодисменты, и Китти покривила бы душой, если бы утверждала, что ее тоже не привлекают некоторые аспекты ее положения звезды.

Это означало ее немедленное приобщение к миру богатых и удачливых; это значило, что в ее распоряжении было все лучшее – от полетов в специальных самолетах до подарков от ведущих домов моды. Все дело было в том, что она скучала по некоторым обыденным вещам в своей жизни, которые раньше принимала за само собой разумеющиеся.