Честь джентльмена

В ее глазах мелькнуло подозрение, которое она, как обычно, даже не пыталась скрыть. Тони видел, что она лихорадочно пытается найти какое-то объяснение, но когда коснулся ее, то понял, что Алисия всеми чувствами устремилась к нему.

Он привлек ее к себе. Она не сопротивлялась, но, положив руки ему на грудь, проговорила:

— Я думала… что мы… решили не торопиться.

— А мы и не торопимся. — Тони поцеловал ее. — Мы продвигаемся вперед медленно, шаг за шагом…

Оне снова припал к ее губам, и она не сопротивлялась.

Ее тело, нервы, кожа и все чувства жадно стремились вперед, следовали по пути, который он перед ней открыл, использовали каждое мгновение и каждую возможность для того, чтобы познавать и испытывать новые ощущения жгучего желания и даже ликования.

Да, именно ликования, которого она еще никогда прежде не испытывала, а еще уверенности в своих силах, радости и удовольствия знать, что она для него желанна, что он хочет обладать ею в самом грубом сексуальном смысле.

Тони еще крепче прижал Алисию к себе, и его руки стали скользить по ее облаченному в шелк телу. Она мысленно улыбнулась, запрокинула голову и прошептала:

— Боюсь, что теперь спереди пуговиц нет.

Именно по этой причине она и надела сегодня свое дымчатое шелковое платье.

— Я это уже заметил, — пробормотал Тони, и они снова соединились в долгом поцелуе.

Когда к Алисии опять вернулось сознание, она поняла, что корсаж уже расстегнут. Опустив глаза, она смотрела, как он медленно спускает платье с ее плеч… Наконец Тони развязал шнуровку, и Алисия затаила дыхание.

— Подними руки!

Это была не столько просьба, сколько приказ. Он кончиками пальцев провел по ее обнаженным плечам, затем по нежной коже предплечий до самых локтей.

— Это самый маленький шажок, который я только смог придумать.

— Но… — начала Алисия.

— Не торопиться — вовсе не значит стоять на месте. — Это заявление Тони тут же подтвердилось пробежавшей по всему се телу дрожью. Одной рукой он прикоснулся к ее груди, а другой обхватил за талию и стал потихоньку надвигаться на нее, пока Алисия не почувствовала, что упирается в сервант.