Чертовски неправильное свидание

– Извини… Что ты только что сказал?

– Ну, только когда они в моей пицце, но…

Я ткнула его в живот и фыркнула.

– Я думала, мы серьезно. Я буквально лежу здесь с голым задом, ужасно желая, чтобы ты меня трахнул.

– Я прекрасно понимаю. Но, пожалуйста, не стесняйся говорить «трахни меня» и после этого. Потому что это было чертовски горячо.

– Расскажи мне что-нибудь правдивое, – настаивала я, пока его пальцы скользили по моим бокам.

Он на мгновение замолчал, казалось, погрузившись в свои мысли – или пялился на мою грудь, не могу сказать точно.

– Мой отец умер десять лет назад. Однажды он проснулся, поцеловал мою маму, встал с кровати… и просто умер. А мама… она тоже будто умерла. Сейчас она как зомби. Милый, грустный зомби. Каждый день.

Я шокировано на него посмотрела. А потом… меня захлестнул стыд. Как я могла этого не знать? Казалось, он знал обо мне все… а я даже не подозревала о таких важных вещах.

– Мне так жаль, – прошептала я.

Он покачал головой.

– Да, это, конечно, ужасная история. И чертовски отстойная для мамы.

– Теперь ты понимаешь? – сказала я в замешательстве.

– Если потеряю тебя, никогда не смогу оправиться. Так что понимаю, что она чувствует.

Я уставилась на него, полностью утратив дар речи, как это, казалось, случалось довольно часто с тех пор, как мы познакомились. Слеза скатилась по моей щеке, и он завороженно смотрел на нее несколько секунд, прежде чем…

Слизать ее.

– Скажи, что сейчас ты настоящая, – сказал он, смотря на меня растерянно.

– Зачем ты это делаешь? – пробормотала я, сморщив нос.

– Что?

– Слизываешь мои слезы, – ответила я, странно хихикая.

– Я думаю, это должно быть очевидно, милая.

– Нет, не очевидно. – Его член толкнулся в мой живот, предэякулят испачкал кожу.

Он снова склонился надо мной так, что его губы оказались у моего уха.

– Потому что я хочу тебя всю. Я ужасно хочу тебя. Хочу твоих слез, слов, твоей влаги, твоего дыхания. Я хочу всего.

Все тело бурно отреагировало на сказанное, и все внутри меня затрепетало.

– Хочу услышать сейчас твою песню и трахнуть тебя, – пробормотал он.

И как я могла отказать?

Одним плавным движением он перевернул нас так, что теперь я лежала на нем. Я сжала его член, начиная двигать рукой вверх и вниз по идеальной длине, которую едва могла обхватить полностью.

С этого ракурса я могла видеть свое пирсингованное имя.