Черный список

Вообще-то ее звали Людмилой, но Алик с самого начала называл ее Кукла, а вслед за ним это слово стал повторять и их сынишка, но, поскольку с дикцией у малышей не всегда обстоит благополучно, вместо «куклы» получилась «кука», и этот вариант закрепился намертво как в семье, так и среди их общих друзей. Кука ужасно мне обрадовалась, потому что была очень внушаемой и полностью разделяла страхи своего музыкального супруга относительно моей безопасности."

"– Владинька, у тебя все в порядке? – возбужденно закричала она.

– Естественно.

– Спит. Разбудить?

– Разбуди, пожалуйста, – попросил я, сгорая от нетерпения.

Жетоны один за другим проваливались в ненасытное чрево автомата, пока Кука будила Лилю. Наконец я услышал ее голосок:

– Папа?

– Привет, котенок. Как ты?

– Хорошо.

– Не скучаешь?

– Нет, здесь книжек много.

– Отлично, молодец. Котенок, у меня к тебе очень серьезный разговор.

– Про тетю Таню?

– Да нет же, не про тетю Таню. Помнишь, мы несколько дней назад обедали, а ты за столом читала журнал, «Вестник кинофестиваля», и спрашивала меня, кто такие Олег Юшкевич и Виктор Бабаян? Помнишь?

– Помню.

– А почему ты спрашивала именно про них? Ведь в журнале было много разных фамилий. Почему ты обратила на них внимание? Постарайся вспомнить, котенок, это очень важно.

– Я эти фамилии видела на бумажке.

– На какой бумажке?

– У дедушки.

– У какого дедушки?! – заорал я в трубку. – Лиля, пожалуйста, перестань дурачиться. Это очень, очень серьезно.

– Я не дурачусь. – Голос у моей дочурки стал обиженным и дрогнул.

– И ты заглянула в эти листочки?

– Да. А что, нельзя было? – испуганно спросила Лиля.

Одной из немногих вещей, которые милицейскому папаше удалось накрепко вбить в голову своей дочери, был категорический запрет брать чужое. И Лиля панически боялась сей запрет нарушить. Но мой ребенок был все-таки неисправим: стоило ей увидеть буковки, она тут же начинала складывать их в слова.

– И что было в этих листочках?

– Фамилии.

– Какие фамилии? Сколько?

– Много, папа, я не помню.

– И среди них были фамилии Юшкевич и Бабаян?

– Да. Я потому потом и спрашивала.

– Котенок, напрягись, пожалуйста, сосредоточься и вспомни, какие еще фамилии там были.

– Я забыла, – произнесла она упавшим голоском. – Я же не знала, что нужно запоминать.

– Ибрайбекова. Была такая фамилия?

– Не помню.