Черный Паук

Поступок тем более жестокий, что в то время как раз было принято суровое постановление о борьбе с хищениями оружия, каждый такой случай рассматривался как чрезвычайное происшествие и расследовать его приезжала комиссия аж из самой Москвы."

"Сержанта сожрали не то что с костями, а, как говорится, со всем дерьмом. В разгар работы московской комиссии появился Ямщиков в своем бомжовском наряде и устроил красному от переживаний сержанту классическую очную ставку с самим собой. В два счета он его расколол, заставил признаться в отъеме денег и морально отхлестал, как паршивого щенка.

Правда, сам в краже пистолета не признался, не дурак. Потом его ""нашел"", сдал и был отмечен в приказе благодарностью и премией.

Как ни странно, но, несмотря на все эти художества, пэпээсники его любили. Многие благодаря ему получали премии, пощрения от начальства и повышение в звании. Щедрому Петровичу ничего не стоило тормознуть патрульную машину и сказать: ""Сейчас вон из того подъезда ребятишки шмотки потащат, берите с поличным"".

И точно, минут через десять появлялись домушники с туго набитыми сумками и телевизором под мышкой. Тут-то их и ждали!

Большинство экипажей патрульных машин знало его в лицо и было готово сойти с маршрута, чтобы подвезти капитана в нужном ему направлении. Правда, он никогда этим не злоупотреблял. Если просил о чем-то, значит, нужно позарез.

Ему было лет тридцать пять. Говорили, что он розыскник от бога, талант. Сам он на вопрос: почему ты здесь работаешь? – отвечал: ""Призвание, понимаешь.

Ни к чему иному душа не лежит. Люблю я это дело – жуликов ловить."" Многие, кто пришел в органы одновременно с ним, успел сделать карьеру. Не то что в майоры, в полковники вышли. Когда на исходе перестройки люди побежали из милиции в бизнес, в частные охранные агентства, в начальники службы безопасности банков и богатых фирм, Ямщиков продолжал тянуть лямку за копеечную зарплату и почти не поднялся в должности. Это казалось странным, поскольку вакансий открывалось много.

Люди быстро выходили в начальники, получали квартиры и увольнялись.

Из бывших следователей выходили ушлые адвокаты, умеющие мастерски развалить уголовное дело. Иногда они по старой памяти обращались к Ямщикову за помощью, он спрашивал: ""Это ты о ком, вот об этом бандите? Как же, помню, только вот деньги мне не нужны, я ведь не ты. Слушай, а пусть он мне свою братву чистосердечно сдаст, а я помогу ему минимальный срок получить."" О нем с презрением говорили – патологически честный.