Черный лис. Том 3

Интересные у него друзья…

Над головой раздался стрёкот винтов. Мы с Коляном как по команде задрали головы.

Чёрная машина заходила на посадку рядом с сараем.

Колян шепотом выругался.

Я выругался совсем не шепотом. И ругался долго, припоминая все известные мне ругательства, на всех языках, которые помнил.

— Переиграл он нас, Вован, — наконец сказал телохранитель. — Обул, как ванек.

— Вертолёт можно перехватить, — заметил я.

В голове, один за другим, возникали и рушились планы.

— Нет, пока есть опасность, что он взорвёт город, — покачал головой Колян.

— Но не можем же мы…

— Можем, — тяжелая лапа опустилась на моё плечо и придавила к земле. — Выиграв сражение, он ещё не выиграл войну.

Из сарая выскочил Бестужев. Он тащил Любовь за цепь, как непослушную собачку.

Пригибаясь, они подошли к вертолёту и исчезли в его чёрном нутре…

У меня перехватило дыхание.

— Вы чего ушами хлопаете? — заорал Фудзи мне на ухо. Грохот стоял такой, что я даже не слышал, как он подъехал.

Над нами как раз показалось брюхо вертолёта, и я вновь задрал голову. Куда они полетят?..

— А ну, пропусти!

Фудзи побежал за вертолётом, раскручивая в пустой руке что-то невидимое. Я сначала удивился, но потом вспомнил, что так и не снял свинцовый браслет. Сдёрнул его мгновенно, и сразу увидел над головой Фудзи огромное огненно-горящее лассо.

Воздух визжал, взрезаемый раскалённым Эфиром.

Я сорвался с места, как только понял, что Фудзи хочет набросить лассо на хвост вертолёта…

— Остановись! — кричал я.

Гигантским прыжком преодолев расстояние между нами, я прыгнул ему на спину и повалил, прижал к гравию лицом. А потом не отпускал, пока вертолёт не сделался крошечной чёрной точкой в раскалённом добела небе.

Неровной походкой к нам подошел Колян. Приставив руку козырьком к глазам, он наблюдал за вертолётом.

— Вы идиоты, — Фудзи сел, и теперь вынимал кусочки гравия из кровоточащих ладоней.

— У нас не было выбора, — сказал я, усаживаясь рядом. — Но мы обязательно найдём её.

В кармане Коляна запиликал телефон. Тот вытащил трубку, послушал, и дал отбой.

— Это семпай, — сказал он. — У него для нас кое-что есть.