Черный феникс

Я чуть дернулась, когда мы оказались в центре, показывая, что готова к тому, чтоб меня отпустили, но у неизвестного было свое мнение на этот счет. Плавно, медленно, он опускал меня на песок. И только после того, как я полностью оказалась на земле, убрал свою хватку.

Я обратилась к туману, чтобы сменить форму. Далось мне это, мягко говоря, тяжко. Но далось. А вот встать оказалось чуть ли невыполнимой задачей.

— Поднимайся, — повелительно потребовал незнакомец, тоже вернувший человеческую форму.

Пока я видела только ноги, голые ноги, но что-то детальнее рассмотреть мне не дали.

— Завершай ритуал, я поделюсь силой.

Естественно, я взглянула на незнакомца, у которого еще и торс голым оказался. И пропала, абсолютно пропала в его синих-синих, как у моего иллами, глазах.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Глава шестая

Очнулась я от повторения фразы незнакомца и интонации голоса.

Сразу вспомнился директор моей школы, который утверждал, что из такой дрянной девчонки, как я, ничего путного никогда не выйдет. И столько было снисхождения и высокомерия в его голосе, когда он меня отчитывал за драку в мужской раздевалке… А нечего зажимать девчонок в этой самой раздевалке! Тем более младше классом! Те придурки получили по заслугам.

Вот и этот незнакомец говорил ровно таким же тоном. Понимаю, его появление результат действий моего иллами, понимаю, что мне в самом деле помогли, но неприятно же!

Я окинула взглядом незнакомца.

И вновь вернулась к его лицу.

— Спасибо, — все же сказала ему и попыталась разорвать наш контакт.

А чего он в меня вцепился?

— Я обязан трогать тебя, чтобы помочь, — процедил он сквозь зубы и молниеносным движением оказался за моей спиной. При этом прижал к себе так плотно, что я вспыхнула.

— Марина, возьми себя в руки, — попросил феникс, — сейчас начнется самая трудная часть.

— Самая трудная? А до этого мы что, цветочки собирали?

Но огрызнулась вяло. И сосредоточилась на том, чтобы завершить начатое. Теперь кровь вливать буду я, как и магию. Насколько я помню из объяснений мамы — закрепление ритуала, оно же завершение, будет болезненным для всех участников.

Такое впечатление, что в этом мире все через боль делается.