Черный ангел Эльхайма

Марори предпочла промолчать и Ти’аль, поняв, что разговора не выйдет, поднялся и встал около окна.

— В таком виде, - без тени грусти, будто говорил о чем-то совершенно обыденном, сказал Ти’аль, - я могу приударить разве что за батарейкой.

В полной тишине экспресс въехал в каменный тоннель, и тьму вагона разбавил голубоватый свет загоревшихся ламп. Марори почувствовала неприятный холодок страха. Поругала себя за беспочвенную панику – и на всякий случай осмотрела своих спутников. Те выглядели абсолютно спокойными, а Нотхильдис вовсе заткнул уши наушниками.

— Ты когда-нибудь видела Латран? – снова заговорил серафим.

— Только на картинках в интернете. Я… мечтала об Эльхайме… - «Всю свою жизнь», - чуть было не сказала она, но вовремя спохватилась. – Я много знаю о территории небеснорожденных.

— Латран – самое красивое место на свете, - с искренностью человека безоговорочно верящего в правоту своих слов, сказал Ти’аль, разглядывая что-то в черноте за окном вагона.

— Наш железный друг пытается сказать, что он столичный мажор, - вставил Нотхильдис. – А мы с Марроу – неотесанные дуболомы из пригорода.

— На твоем месте, Марори, я бы не обращал внимания на слова этого типа, потому что на самом деле он славный парень, но даже мне иногда невыносимо хочется оттаскать его за уши. Когда-нибудь он переступит черту моего личного терпения и человеколюбия, и тогда, боюсь, придется выбить из него дурь.

— Надеюсь, у этой дра’морки есть четкий план, куда и зачем пойти, - продолжал ворчать Нотхильдис, - потому что еще больше, чем проклятокровных, я ненавижу ходить по магазинам. Тем более с девчонками.

— Как будто ты знаешь, что это такое, - поддел его эрэлим.

— Для начала этой дра’морке нужно сходить в отделение «Кроучерс», - сказала Марори.

И умолкла, потому что тоннель, наконец, кончился, и из черноты экспресс вынырнул прямо в заснеженный белоснежный город.