Чернокнижник. Черная Месса

Думу такое поведение крайне не нравилось и парень инстинктивно сделал несколько шагов назад.

— Успокойся, Клавиус, — хихикнула ведьма. — не видишь, что ли? Паренек тебя уже боится.

Араб еще разок качнулся маятником и вернулся за стол.

— Сколько? — с ходу спросил он.

— Не продается.

— У меня есть наличка! Тридцать пять тысяч тебя устр…

Джин захохотала. Смеялась она долго и противно. Алекс стоял все так же неподвижно, смотря за тем как темнеет лицо араба и как в бессильной злобе он сжимает кулачки.

— Тридцать пять тысяч? — леди театральным жестом утерла выступившие от смеха слезы.

Клавиус довольно грязно выругался, но смысл фразы поняли только двое из присутствующих.

— Тогда что ты от меня хочешь? — процедил толстяк сквозь зубы.

— Нам надо извлечь гриморий из его… — Джин неопределенно помахала рукой и закончила. — Из его души. За эту маленькую услугу я готова заплатить десятку.

— Деньги в данном случае меня не интересуют.

Некромантка прищурилась, от чего её взгляд стал напоминать змеиный.

— Тогда что ты от меня хочешь? — передразнила она араба.

— Дай мне прочесть книгу!

— Я так похожа на тех лопухов, которых ты обчищаешь, мастер Клавиус? — прошипела леди, усиливая сходство с гадюкой. — Дать тебе её прочесть — все равно что продать.

— Ну хоть сто глав, — взмолился араб.

— Три — и это не обсуждается.

Джин хлопнула рукой по столу, оставляя на нем черный ожог в форме ладони.

— И почему всегда три? — буркнул себе под нос араб и покосился на оставленный след.

В который раз Клавиус с трудом поднялся и подошел к Алексу. Только на этот раз в его взгляде не читалось ничего, кроме научного интереса. Ну может еще немного оттенка, с которым мужчина провожает глазами красивую девушку. Вот только Дум не был девушкой. Под этим, по его мнению, противоестественным вниманием он чувствовал себя как под душем из грязи.

Когда же араб протянул к нему пухлые ручонки, Алекс не сдержался.

— Еще один шаг и я за себя не отвечаю, — с напускной бравадой произнес парень.

Сперва Клавиус опешил, а потом помрачнел.

— Гомофобы, — повторил он и повернулся к Джин. — Ну и как мне работать в такой атмосфере?

— Алекс, — девушке происходящее явно доставляло удовольствие. — Не переживай. Я прослежу за сохранением твоей невинности.

Леди красноречиво мазнула взглядом по пятой точке Дума, от чего у того в горле закрутился рвотный ком.