Черная вдова ищет мужа

Однако София не сдержалась и радостно воскликнула, едва увидела приготовленные для нее подарки. Но в еще больший восторг сестра пришла, когда супруг за ужином обмолвился о том, что ей не мешало бы дебютировать на ближайшем балу и, если никто не станет возражать, он возьмет на себя все сопутствующие расходы. Таким образом мой муж подобрал ключик не только к сердцу моей сестренки, но и тетушки Марселины.

Лэрд Уэст сделал это от чистого сердца. Он не ставил перед собой цели завоевать чье-нибудь расположение. Было видно, ему просто нравилось радовать окружающих.

А еще он любил баловать детей. Хоть София была давно уже не ребенком, ее восторг заражал всех, наполнял наши сердца счастьем, а искренняя улыбка дарила тепло и освещала собой все вокруг. Тем не менее от меня не укрылась мучительная боль и необъятная печаль, отразившиеся лишь на мгновение в глазах супруга. Значит, воспоминания об утрате по-прежнему бередили его и без того израненное сердце. Но решится ли он когда-нибудь рассказать обо всем? Или из ночи в ночь в одиночку будет переживать свои кошмары?

- Лэрд Уэст, - обратилась София после ужина к новоприобретенному свояку, - вы не будете против, если я ненадолго украду свою сестру? Мне очень хочется поговорить с ней с глазу на глаз.

- Конечно. Можете заодно и осмотреться здесь, а мы пока побеседуем с нирой Марселиной за чашечкой чая, - торопливо произнес супруг, едва заметил, что моя тетушка заерзала в кресле, намереваясь увязаться за нами. - Вы ведь не откажетесь составить мне компанию?

Положение лэрда Уэста и его широкая располагающая к себе улыбка не позволили тетушке что-либо возразить.

Ей пришлось согласиться с предложением хозяина поместья и проводить меня и Софию встревоженным взглядом.

- Эль, как же я за тебя рада! - восторженно воскликнула сестра, прижав к груди ладони, как только мы оказались в моих покоях.

Ее зеленые глаза блестели. Внутреннее убранство комнаты произвело на Софию сильное впечатление. Она подбегала то к кровати, чтобы провести ладонью по нежнейшему бархату покрывала, то садилась на софу, чтобы ощутить мягкость обивки.

София, как и я, не привыкла видеть подобную роскошь, не говоря уже о том, чтобы быть ее частью.

- И даже немного завидую. Но ведь ты у меня добрая, не бросишь же любимую сестренку на произвол судьбы?

- Конечно нет! Что за глупый вопрос? - недовольно фыркнула я, ощутив болезненный спазм в груди. - При малейшей возможности я всегда тебе помогала. Но ты и сама знаешь, что чаще всего у меня ее просто не было.