Черная вдова ищет мужа

Они либо поочередно перелетали с одного крепкого плеча Марка на другое, либо исполняли у него над головой причудливый танец.

Можно было снова расслабиться, подумать о чем-то приятном, но вместо этого я решила осмотреться. После хорошего отдыха мне стало интересно, что представляла собой каюта, за место в которой выложила сегодня столько денег. Прежде меня это совершенно не заботило. Поиски Марка и возможности остаться с ним рядом – вот что занимало все мои мысли.

Каюта оказалась очень маленькой.

Даже на кровати двоим было не разгуляться, что уж говорить об остальной мебели, которая практически отсутствовала здесь. Пара полок, узкий шкаф, стол у стены, больше похожий на широкую лавку, один сундук. Вот и все.

– Как я погляжу, ты уже проснулась, – чуть хрипловатым голосом проговорил муж. – Тебя что-то беспокоит?

– Здесь не так много места, как мне виделось изначально, – озвучила спросонья мысли.

– Уже не рада, что осталась? – язвительно спросил Марк, захлопнул книгу и положил на колени.

– Ошибаешься. Меня все устраивает. Просто если здесь так тесно, интересно, что представляют собой каюты для бедных.

– Могу устроить экскурсию, но ты придешь в ужас. Вместо кроватей у них ни матрасы, набитые соломой или початками кукурузы, и даже ни жесткие деревянные скамейки, а потрепанные гамаки, которые подвешены так близко друг к другу, что при больших волнах они сталкиваются между собой. В шторм там и вовсе невозможно находиться.

Вместо шкафов – простые ящики. Воздух в таких каютах всегда спертый. Одеяла, как правило, на дырах, а канаты, на которых подвешены спальные места, скрипят так, что даже храп пассажиров не в состоянии заглушить исполняемые ими оперы. До сих пор думаешь, что здесь неуютно?

– После твоего рассказа мне стало казаться, что здесь очень комфортно, а обстановка прямо-таки располагает к отдыху, – при желании он мог расслышать нотки иронии в моем голосе.

– Вот и хорошо. Я не стал будить тебя к обеду, взял в буфете всего понемногу. Надеюсь, что-нибудь придется по вкусу, – указал Марк кивком на стоявший на сундуке серебряный поднос. Его-то я и не приметила при осмотре каюты.

Желудок болезненно сжался в комок, едва я принюхалась и нос уловил аппетитные запахи, а воображение, не знавшее пощады, начало подбрасывать картинки моих любимых блюд.

– Благодарю. Ты необычайно заботлив.