Черные ножи - 3

В одно прекрасное утро ко мне заглянул О'Хара, на этот раз он был мрачен и сосредоточен. В руках он держал аккуратную стопку одежды, которую кинул на стул.

- Одевайся в это, мистер! – приказал он и добавил, перед тем, как выйти из домика: - Через час выезжаем.

Наконец-то! Не то, чтобы я так уж стремился с головой окунуться в очередную авантюру, но сидеть в лагере без дела тоже не хотелось. Да и вообще, надолго задерживаться в Британии в мои планы не входило, и при первой возможности я собирался покинуть эту страну, прекрасно понимая при этом, что на родине меня встретят не слишком дружелюбно.

Я бросил взгляд на принесенную О'Харой одежду, и удивленно присвистнул. Это оказалась форма обер-лейтенанта Люфтваффе. Подбитая мехом куртка, бриджи, черные кожано-замшевые летные унты. На голову - форменное полевое кепи с кокардой в виде летящего орла со свастикой в когтях. Сверху на стопке в кобуре лежал пистолет. Я достал его и покрутил в руках - «Вальтер ПП» с полной обоймой.

Хм… кажется, план Флеминга начал прорисовываться.

Неторопливо одевшись, я глянул в зеркало на стене – истинный ариец. Хоть на плакат снимай! Морда холеная, сытая – отъелся на британских харчах. Рост, ширина плеч, наглый взгляд – все соответствует.

Покрутив в руках нож, сунул его за пазуху прямо в ножнах. Единственная личная вещь, что у меня осталась, - и вышел из домика. Погода была отвратительная: шел дождь – мерзкий, неприятный, дул пробирающий до костей северный ветер.

Меня уже ждали.

Флеминг сидел на переднем пассажирском сидении в том самом Бентли, что мы экспроприировали при побеге из Лондона, рядом за рулем разместился О'Хара. Еще четверо коммандос заняли вторую машину. Хм… семь человек, включая меня, и это все? Я ведь был совершенно уверен, что для столь важной операции Ян задействует всю группу целиком. А он выбрал лучших, оставив остальных на базе.

«Все страньше и страньше», как говорила Алиса.

Флеминг нетерпеливо махнул рукой со своего места, и я подошел к авто и забрался на заднее сиденье. Ян был так же, как и я, одет в немецкую офицерскую форму – вот только чином повыше, а О'Хара - в сержантскую, прочие члены отряда, насколько я заметил, нарядились в простые немецкие летные комбинезоны.

Едва я сел, машины тронулись с места.

Мы ехали в гробовом молчании, никто не начинал разговор первым.