Черные ножи

Там в разделе «Люди с горящими сердцами» красовалась моя фотография в анфас из личного дела, с широко раскрытыми чуть испуганными глазами, а рядом шел крупным шрифтом кричащий заголовок: «Челябинский комсомолец-герой в одиночку задержал банду преступников!»"

"Тут мне внезапно стала понятна всеобщая сегодняшняя суета вокруг моей персоны. Еще бы, материал в центральном издании, выходящим десятками миллионов тиража по всей стране. И моя физиономия на развороте! Вот уж внезапная вселенская слава, которой я вовсе не жаждал.

Я взял газету и быстро пробежал глазами текст. Все было написано в лихом стиле, видно, для привлечения молодежной аудитории, и сама история оказалась изложена достаточно правдиво и подробно. Получилась некая ковбойская перестрелка в стиле западных вестернов — наш советский истерн, со мной в главной роли, но мораль была подведена крепкая: только настоящий комсомолец способен на подобный подвиг!

— Товарищи! Друзья мои! — Михалыч поднялся из-за стола и взял в руки стакан с чаем, и мне показалось, что он даже слегка прослезился.

Вот уж в ком, а в нем я никогда прежде не подмечал сентиментальных черт. Оказалось, даже в его железном сердце есть место чувствам и эмоциям. — Я не силен в речах, но хочу сказать, что горд находиться рядом с такими ребятами! Казалось бы, пацаны совсем… молодые, без головы… а правильные, смелые! Спасибо Дима, спасибо Алексей!..

Он настолько растрогался, что мне даже стало неудобно. А Леха, о котором в тексте не было упомянуто ни словом, надулся от гордости.

И люди, смотревшие на наш стол со своих мест, внезапно поднялись на ноги и тоже взяли в руки стаканы с чаем и компотом, поднимая этот импровизированный тост в мою честь.

Я встал и нелепо раскланялся на все четыре стороны. Мне было дико неудобно.

Потом, когда все вокруг успокоилось, и мы вернулись к еде, Михалыч негромко сказал:

— Да, вот еще что. С утра к девяти часам дуй в бывшую школу №48 по Спартака.

Знаешь, где находится?

Я кивнул, это было недалеко от завода.

— Там на первом этаже сейчас располагается челябинский обком. Оттуда позвонили в заводоуправление и попросили тебя явиться. Ну как попросили… приказали! Отгул на первую половину дня я уже подписал.

Всесоюзная слава не проходила даром. Кажется, на меня обратили внимание люди, облеченные властью. Это плохо, я предпочел бы держаться в тени. Но выбора не было, все решили за меня.