Черные ножи

Мерзло все: от линий электропередач до воды в кране. Птицы падали на лету мертвыми ледяными комками. Такой суровой зимы не было давно, но мы держались.

Я в последнее время был просто нарасхват. Работа в цеху — это раз, помощь в проверке и обкатке танков в группе Евсюкова — это два, тренерская работа с молодежью — три, а в довесок еще надзор за беспризорниками, которые постоянно так и норовили что-то учудить. Ни минуты на сон или личную жизнь… которая стала у меня достаточно насыщенной. Мы с Настей скрывали ото всех разгоравшуюся между нами симпатию, но, мне кажется, Леха обо всем догадывался.

Впрочем, он молчал, лишь хитро поглядывал в мою сторону. Сам же Носов обхаживал Снегиреву с упорством, достойным лучшего применения. Но там девица была кремень, и, сомневаюсь, чтобы она поддалась его неловким ухаживаниям. Все ее сердце, целиком и полностью, принадлежало комсомольской работе, и это вовсе не шутка."

"По поводу обкатки: Евсюков стал чуть не через день забирать меня от Корякина, и мы втроем с Васютиным гоняли вокруг цехов, проверяя надежность сборки машин, вышедших с конвейера, и моторы на работоспособность.

Конечно, проверяли мы не только тридцатьчетверки, но и тяжелые КВ-1* и КВ-1с, и средние танки тяжелого бронирования КВ-13, созданные совсем недавно в 1942 году, а так же начали обкатку двух новых танков, которые называли «Объект 237» и «Объект 240». Я сразу распознал по знакомым очертаниям будущие ИС* и ИС-2, но, разумеется, тщательно скрывал свои знания, дабы не попасть под подозрение в военно-промышленном шпионаже.

*Аббревиатура «КВ» означает Клим Ворошилов, «ИС» — Иосиф Сталин.

В целом новые танки были просто шикарными, вот только пушка ИСа оказалась слабовата — немецкого Тигра не пробьет, но подобные испытания еще не проводились, и мне приходилось молчать и об этом, ожидая момента, когда история, которую я знал, свершится здесь и сейчас. К осени пушки улучшат, и обновленный ИС пойдет в производство, но будет выпущено всего чуть больше сотни машин, а уже в начале следующего года его место на конвейере займет ИС-2, оказавшийся очень удачным.

Одно то, что безаварийная работа Иса-второго перекрывала дистанцию в тысячу километров, говорила о многом. Тридцатьчетверки ломались существенно быстрее, но и ремонтировать их было просто — машина была удивительно ремонтопригодной.

Евсюков просил меня у Корякина насовсем, но бригадир отказал, и мне пришлось разрываться между испытаниями и сборкой машин. Моим мнением никто, разумеется, не интересовался.