Черные ножи

В перерыв ко мне подошла незнакомая невысокая девушка и спросила, сердито глядя снизу вверх:

— Дмитрий Буров?

Я оглядел ее, прежде чем подтвердить свою личность. Девице было лет восемнадцать на вид, симпатичное, но простоватое лицо, толстая коса, платок на голове, одета в толстый ватник и длинную юбку до щиколоток, на ногах — сильно потрепанные временем ботинки.

— Он самый!

— Меня зовут Мария Снегирева. Я помощник комсорга объединенной комсомольской ячейки сборочных цехов. У меня к тебе вопрос: почему ты до сих пор не появился ни на одном нашем собрании?"

"Я тяжело вздохнул.

Только этого мне сейчас не хватало! Нет, я не против дополнительной общественной нагрузки и готов выполнить все… ну, или почти все, что мне поручат. Вот только момент Снегирева выбрала совершенно неподходящий. День и так был тяжелым, не до разговоров, а тут еще столь агрессивный натиск от незнакомой девицы.

— Да как-то все не получалось… — ответил я первое, что пришло в голову.

И тут же получил гневную отповедь от Марии:

— И это слова комсомольца? Да знаешь ли ты, Буров, что нам сам товарищ Светлов из обкома ВЛКСМ звонил касательно тебя.

Сказал, что ты — знаменитость союзного масштаба, и что горишь желанием помочь словом и делом! Горишь ли ты, Буров?

— Горю, — печально согласился я.

— Что-то я не вижу, как ты горишь! Скорее, едва тлеешь… так не пойдет! С этим нужно что-то сделать! Кстати, ты ведь в бригаде Корякина? Там у вас должен работать некий Носов — тоже ни разу его не видела. Значит так, чтобы оба вечером были на собрании.

Оно пройдет в актовом зале!

Вот же привязалась, и не отделаться, придется идти. Иначе начнут бучу поднимать, а мне ругаться с ними никак нельзя. Я так думаю, во многом от заводских ячеек и будет зависеть, кого примут в корпус, а кого нет. Положительная рекомендация нужна обязательна, а ее придется заслужить.

— Понимаешь ли, Маша… — начал было я, но девушка меня тут же сердито перебила.

— Меня зовут Мария, или товарищ Снегирева! А эти унижающие женское достоинство сокращение попрошу оставить при себе!

Вот так! Какая молодая, а уже феминистка.

Нет уж, если ее сразу не поставить на место, обязательно сядет на шею.

— Знаешь что, товарищ Снегирева, а не кажется ли тебе, что среди комсомольцев не должно быть места половым различиям. Мы все друг другу в первую очередь товарищи! Какая первая и главная задача комсомольца?

— Какая? — чуть опешила от моего напора Маша.

— Учиться! Без знаний нельзя построить коммунизм.