Черная война

приказал расчету старшего сержанта оставить занимаемые позиции.

Снова поднявшаяся в атаку пехота противника была остановлена, на этот раз пулеметным огнем из дота. Визуально потери противника в этом случае составили до двух взводов только убитыми.

Оставшиеся танки противника в беспорядке отступили к своим окопам и скрылись в глубине позиций.

В 10.14 авиацией противника по доту был нанесен бомбоштурмовой удар. Было сброшено девять бомб. Видимых повреждений дот не получил, а ответным огнем был подбит один из самолетов.

В 11.02 из дота прибыл связист боец Иконников В. М., сообщивший, что немцами выдвинут ультиматум о сдаче дота. Командовавший обороной дота боец 82-й ОАШР Леонов А. П. ответил отказом и послал Иконникова сообщить об этом.

В 11.07 противник предпринял атаку на дот. Атака была отбита с большими для него потерями пулеметным огнем дота и минометным огнем с наших позиций.

В 14.29 противник снова атаковал дот.

В 14.45 из дота был получен сигнал ракетой «Вызываю огонь на себя!». По доту был открыт сосредоточенный артиллерийско-минометный огонь. Ввиду недостатка боеприпасов и недостаточной мощности артиллерии уничтожить дот не представилось возможным.

В течение дня противник больше не предпринимал попыток к атаке наших позиций.

Потери батальона составляют двадцать два человека убитыми и четырнадцать ранеными.

Потери 82-й ОАШР составили пятнадцать человек убитыми и одиннадцать человек ранеными. Шестнадцать человек пропали без вести. Есть все основания предполагать, что они составляли гарнизон дота и погибли в ходе боя.

Потери противника (по уточненным данным) составляют:

Три легких и пять средних танков.

Шесть бронетранспортеров.

Около пятисот человек убитыми и не менее двухсот ранеными.

Подбит один самолет противника.

Командир 2-го стрелкового батальона 2-го полка 43-й

стрелковой дивизии майор Никодимов М.

"Из протокола допроса красноармейца 82-й отдельной штрафной роты Миклякова Игоря Сергеевича, 1923 г. р., русского. Направлен в штрафную роту решением военного трибунала 43-й стрелковой дивизии."

"– Мы остановились на вашем разговоре с красноармейцем Леоновым. Что же такого интересного было в этом разговоре?

– Мы говорили о том, что в роте стало трудно жить. Командиры стали требовательнее.