Черная война

 – Пока там девушки собираются, начнем, благословясь… Как вы себя чувствуете, Александр Сергеевич?

– Нормально чувствую, а что?

– Сны какие-нибудь тревожные не беспокоят?

– Да я вообще последнее время их не вижу. Сплю, как младенец.

– После этой вашей стычки с папашей настроение в норме?

– И даже более чем. Нечасто случается в наше время, чтобы крутого бизнесмена можно было бы безнаказанно и по делу мордой в асфальт положить. Это, знаете ли, очень повышению морального тонуса способствует.

– И никак вы не наиграетесь.

– Значит, так, Александр Сергеевич, ваше обследование завершено. Надо сказать, кое-что интересное мы в процессе этого действия получили. Только вот особенных успехов нам достичь так и не удалось. Не скрою, первоначальные наши намерения подверглись самой серьезной корректировке. Некоторые моменты дорабатывались прямо на ходу.

– Что-то я вас, Александр Яковлевич, не понимаю. Вы мне тут рассказываете, а я ни уха, ни рыла в данной теме."

"– Да, извините, это я малость поторопился. Короче, получив результаты вашего обследования, мы решили, что наконец нашли нужный алгоритм действий. У вас в организме имеются некоторые любопытные особенности. Вот мы и решили, что в этом-то и кроется разгадка «феномена Манзырева». Тем более что по отдельности данные явления неплохо изучены и раньше.

– Что-то вроде скоростного обучения?

– И даже сверхскоростного. Надолго этот эффект не закрепляется. Но это пока! Раньше у нас вообще удавалось достичь стойкости… э-э-э… ну, скажем, наведенной памяти всего на несколько дней.

– А сейчас?

– До года.

– Ого!

– Ну, так! Не лаптем щи хлебаем. Кроме того, действие наведенной памяти ослабевает постепенно, многое, хотя и не все, остается уже в памяти, так сказать, естественной. То есть человек запоминает полученные знания.

– Сколь хорошо?

– Достаточно хорошо. Мастером он, к сожалению, не станет, но и салагой его назвать уже нельзя.