Черная вода

Один вид цветущей лужайки вызывал у него отвращение, его костлявые ступни с длинными, похожими на когти, ногтями, безжалостно топтали траву, пока, наконец, не ступили на каменную плиту возле ручья.

Он злобно смотрел на Натаниеля, который все еще напряженно дышал, опершись о скалу.

— Я вижу, ты теперь очень слаб, — с триумфом произнес злодей. — Куда же подевались твои способности, избранный?

— Со мной все в порядке, — спокойно ответил Натаниель. — Но как ты себя чувствуешь с голой задницей?

Опасные слова! Тенгель просто взбеленился.

И в сторону Натаниеля было выпущено новое облако, зеленое, едкое. Но теперь, на открытом пространстве, оно уже не представляло такой опасности. Натаниель не знал, что ему продолжают оказывать помощь духи Таран-гая, но факт оставался фактом: ветер унес отравленное облако и рассеял его в воздухе.

Когда Натаниель снова обратил свой взгляд на кровного врага, старик был уже в новом, темном плаще. Возможно, это была всего лишь иллюзия, но Натаниель, помимо своей воли, был восхищен: колдун хорошо знал свое дело!

Тут Натаниель совершил ошибку.

Он почти демонстративно посмотрел старику в глаза, чтобы показать, что его не так-то легко запугать, но Тан-гиль тут же воспользовался этим. И он сумел загипнотизировать Натаниеля, которому стало казаться, что все его тело покрылось коркой льда.

Тан-гиль хотел, очевидно, заморозить Натаниеля, превратить его в глыбу льда, но он просчитался. Конечно, Натаниель был в данный момент слабым, но силы сопротивления у него были достаточно велики, чтобы противодействовать таким трюкам.

Ему не нужна была теперь ясная вода, чтобы растопить лед.

Чтобы не замерзнуть, Натаниель использовал нечто другое. Свое сердечное тепло. Он стоял и улыбался, да, он улыбался, глядя на Тан-гиля, который пришел в такое замешательство и ярость по поводу своей неудачи, что перестал морозить Натаниеля.

Вместо этого он снова принялся возиться с амфорой, пытаясь с помощью мыслительных усилий разбить оболочку из минералов.

— Тебе могло бы помочь в этом мое тепло, — лаконично заметил Натаниель.

 — Ведь в тебе самом нет ни капли тепла. Холод порождает холод, жестокость порождает жестокость. Ты попал в сети собственного твердокаменного злодейства.

Тенгель злобно смотрел на него, лихорадочно пытаясь выдумать новый ход. Глаза его пылали, в них светилась вся его ненависть к Натаниелю."

"Его намерения были достаточно ясными.

— Если ты думаешь, что сможешь улизнуть отсюда, то ты ошибаешься, — сказал Натаниель.